Лариса Рудакова, Россия
Сьюзен Беккар (Моррис), США
Сьюзен Беккар (Моррис), США
БОРИС НИКОЛАЕВИЧ БЕККАРЕВИЧ
Страницы истории Гражданской войны в России
Борис Николаевич Беккаревич.
1918 год
1918 год
Это третья статья из моей саги о Беккаревичах, опубликованной на генеалогическом сайте Soroka1736. В этих статьях — мои поиски своего рода, связь с которым была потеряна в результате революций 1917 года и последующих трагических событий в России. Первая статья, «Николай Даниилович Беккаревич. Писатель, актёр, журналист», посвящена писателю, актёру, журналисту Николаю Данииловичу Беккаревичу. Вторая — «Николай Афанасьевич Беккаревич. Чиновник и фотограф «Герман». К истории фотографий О. Ф. Герман и А. Л. Герман в Уфе и М. Я. Герман в Оренбурге» посвящена чиновнику и фотографу Николаю Афанасьевичу Беккаревичу и его жене, Ольге Фёдоровне Герман.
Николай Даниилович — родной брат моей бабушки, Юлии Данииловны Беккаревич, а Николай Афанасьевич её двоюродный брат, оба они внесли заметный вклад в историю Уральского региона. Надеюсь, мои статьи помогут их именам не исчезнуть бесследно…
О том, почему с большим трудом мне пришлось искать свои корни, я писала в предисловиях к первым двум статьям. Для тех, кто эти статьи не читал, коротко повторю нашу историю.
Мои уфимские дед и бабушка погибли в Уфе в 1919-21 годах. Всё, что мы знали о них — это рассказы их старших дочерей, Ангелины и Елены Милициных, которым в это время было 13-15 лет. Дети говорили, что их отца, священника Николая Васильевича Милицина, арестовали вошедшие в Уфу красные, и что его расстреляли, а мать умерла от голода…Восемь детей остались круглыми сиротами, моей маме было 3 года, родителей она не помнила. У старших дочерей сохранилось несколько фотографий, выполненных в уфимском фотоателье О. Ф. Герман. Вот с таким первоначальным объемом информации в 2015 году я начала свои поиски.
По линии деда, Николая Милицина, удалось восстановить род до 7 колена. По результатам я написала статьи о священниках Милициных, опубликованные на сайтах Уфимской и Нефтекамской епархий, Православие.ру, Духовенство русской православной церкви в ХХ веке, Приходы.ру, Soroka1736.
По линии бабушки Юлии все оказалось сложнее, так как дети Милициных не знали девичью фамилию матери. В 2015 году в Уфимском архиве была найдена метрическая запись о венчании 16 января 1900 года моего деда, Николая Васильевича Милицина, и Юлии Данииловны Беккаревич — так удалось узнать девичью фамилию моей бабушки Юлии:
«Градо-уфимская Успенская церковь. Венчание 16 января 1900 года:
Жених — и.д.псаломщика Пантелеимоновской церкви с.Симбугина Николай Васильев Милицин православный, 23 года, первым браком. Невеста — дочь титулярного советника Иулия Даниилова Беккаревич православная, 23 года, первым браком. Поручители: По женихе — села Ляхова Никольской церкви священник Иоанн Александров Левашов и села Александрова Волкова, Уфимского уезда, псаломщик Петр Витальев Феофилактов. По невесте — дворянин Лев Афанасьевич Беккаревич и коллежский секретарь Николай Афанасьевич Беккаревич. Таинство совершил священник Виктор Константиновский с причтом». Метрическая книга Уфимской духовной консистории Успенской церкви г. Уфы на 1900г. // ГКУ Национальный архив РБ. Ф. И-294. Оп. 2. Д. 47. Л. 633об., 634.
Эта запись открыла дорогу для дальнейших поисков. В «Справочной книжке Оренбургской губернии на 1868 год» (стр. 57), я нашла запись о моем прадеде: "Медицинское ведомство: ветеринарный башкирский врач 1 участка, лекарь Даниил Герас. Беккаревич". Впоследствии в Оренбургском архиве нашлись метрические записи о венчании Даниила Герасимовича Беккаревича и Александры Александровны Герасимовой, а также о рождении их детей Николая, Екатерины и Юлии, моей бабушки.
Так я нашла своих родных по линии бабушки, в том числе и её брата, писателя и актера Николая Данииловича Беккаревича. Его произведения, опубликованные в дореволюционных журналах «Русское богатство», «Русская старина», «Русское обозрение», «Исторический вестник», «Артист», «Театрал», помогли мне в поисках сведений о нашей семье. Я перечитала все его произведения, которые смогла найти. Как золотые крупицы, в статьях Николая Данииловича проблескивают воспоминания о семье — отце, матери, младшей сестренке (моей бабушке!), тёте, дяде, жене — это бесценный подарок для нас, потерявших после революции своих родных и свои корни!
Когда накопился большой материал о Беккаревичах, я написала статью «Николай Даниилович Беккаревич. Писатель, актер, журналист». После публикации в редакцию сайта Soroka1736 пришло письмо от Эдуарда Гинса, в котором он писал, что у меня есть родственники в США, которые прочитали мою статью и ищут меня! Я не могла поверить в реальность происходящего!!!
Как выяснилось, в США проживает правнучка писателя Николая Данииловича Беккаревича и моя родственница Сьюзен Моррис. Она также, как и я, занимается историей семьи. Друг Сьюзен, Борис Дралюк, писатель, редактор, переводчик, доктор философии в области славянских языков и литературы, нашёл в интернете мою статью о Николае Данииловиче Беккаревиче и отправил ссылку Сьюзен. Сьюзен же попросила проживающего в России своего родственника Эдуарда Гинса найти меня. Огромное спасибо Борису Дралюку и Эдуарду Гинсу, которые помогли нам со Сьюзен найти друг друга!
Сьюзен прислала мне сохранившиеся в её семье документы нашей общей истории, которые я и не надеялась увидеть, и разрешила использовать их для публикации в России. Она написала, что её дед, Борис Николаевич Беккаревич, и бабушка, Вера Владимировна Гинс, были бы счастливы, если бы в России вспомнили их имена.
Эта статья посвящена деду Сьюзен, Борису Николаевичу Беккаревичу, сыну Николая Данииловича Беккаревича. Основой статьи стал «Послужной список адъютанта командира 2-го дивизиона броневых поездов Д/В армии капитана Бориса Николаевича Беккаревича. Составлен 15 мая 1920 года». Оригинальный документ находится в настоящее время в Институте Гувера (США), на кафедре восточноевропейских исследований.
Эта статья о том, как преданные и верные своей Родине и присяге люди вдруг оказались врагами и были вынуждены оставить любимую Родину...
Итак, начнем сначала…
Напомню читателям о роде Беккаревичей и о том, как носители белорусской фамилии оказались в Уральском регионе.
Род Бекаревичей происходил из западных регионов Российской Империи и был внесен в Дворянские книги Могилевской, Подольской и Варшавской губерний (ранее Царства Польского). Из рода Бекаревичей вышло много православных священников. Наша линия идет от священника Могилевской епархии Герасима Беккаревича. На сегодняшний момент удалось узнать о четырёх его сыновьях — Афанасии, Данииле, Ксенофонте и Митрофане.
Афанасий, Даниил и Ксенофонт вышли из духовного звания и получили образование в Харьковском ветеринарном училище. После окончания учебы они получили назначение на службу по Военному Министерству — Афанасий и Даниил в Оренбургскую губернию, Ксенофонт — в Казанскую. Так братья Беккаревичи оказались в Уральском регионе. Митрофан стал священником.
Наш со Сьюзен предок, ветеринарный врач Даниил Герасимович Беккаревич, родился в 1839 году. Так как он был сыном священника, то наверняка окончил духовное училище и семинарию. Достоверных сведений об этом периоде жизни Даниила Герасимовича найти мне не удалось. В дальнейшем Даниил вышел из духовного звания и поступил учиться в Харьковское ветеринарное училище. В 1863 году Даниил Герасимович окончил училище и был определен старшим ветеринарным врачом при Оренбургской палате государственных имуществ.
В 1865 году в Верхнеуральске Даниил Герасимович Беккаревич венчался с 16-летней дочерью умершего штабс-ротмистра Александра Семенова Герасимова — Александрой Александровной Герасимовой. Герасимовы были военным дворянством, их род внесен в Дворянские книги Смоленской, Могилевской, Витебской губерний.
Вот запись о венчании:
«Венчание 20 января 1865 года.
Жених: ветеринарный врач 2-го участка Башкирского народа Даниил Герасимов Бекаревич православного исповедания, холост, 27 лет. Невеста: девица Александра Александрова, дочь Верхоуральского умершего штабс-ротмистра Александра Семенова Герасимова, православная, 16 лет. Поручители: по женихе: врач 2-го участка Башкирского народа коллежский асессор Александр Люткевич и вольнопрактикующий врач Кондрад Александров Хмелевский, уездный стряпчий Хорошкевич. По невесте: дворянин Ростислав Герасимов, следственный пристав Герасимов, подполковник Андрей Феодоров Броест. Таинство совершил протоиерей Василий Соколов с причтом». // Метрическая книга, данная из Оренбургской Духовной Консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 1, 93об., 94.
Старший ребенок Беккаревичей, Николай Даниилович Беккаревич, родился в городе Верхнеуральске Оренбургской губернии 29 ноября 1865 года:
«Николай родился 29 ноября, крещён 5 декабря 1865 года. Родители: башкирского народа ветеринарный врач Даниил Герасимов Беккаревич и законная жена его Александра Александрова, оба православные. Восприемники: следственный пристав коллежский секретарь Константин Александров Герасимов и вдова коллежского регистратора Анна Александрова Степанова». // Метрическая книга, данная из Оренбургской Духовной Консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 79об.-80.
19 октября 1867 года в Оренбурге у Беккаревичей родилась дочь Екатерина:
«Екатерина родилась 19, крещена 30 октября 1867 года. Родители: ветеринарный врач Башкирии Даниил Герсимов Беккаревич и законная его жена Александра Александрова; оба православные Восприемники: ветеринарный врач Оренбургского казачьего войска Евмений? Михайлов Кадомцев и вдова коллежская регистраторша Анна Александрова Степанова». // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 650. Л. 75 об. Метрическая книга Воскресенской церкви города Оренбурга. 1867 год.
16 марта 1876 года родилась Юлия, моя бабушка:
«Юлия родилась 16, крещена 28 марта. Родители: титулярный советник Даниил Герасимов Беккаревич и законная жена его Александра Александрова, оба православные. Восприемники: надворный советник Василий Семенов Харитонов и жена надворного советника Софья Васильева Горская. Таинство совершил священник Иаков Вицинский и диакон Иоанн Щипков». // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 16. Д. 211. Л. 81об, 82. Метрическая книга Свято-Троицкой церкви города Оренбурга за 1876 год.
Благодаря моей американской родственнице, у меня теперь есть фотографии Даниила Герасимовича, Александры Александровны и их сына Николая. Фотографии эти вынес на груди с отступающей Белой армией сын Николая Данииловича Борис.
Николай Даниилович — родной брат моей бабушки, Юлии Данииловны Беккаревич, а Николай Афанасьевич её двоюродный брат, оба они внесли заметный вклад в историю Уральского региона. Надеюсь, мои статьи помогут их именам не исчезнуть бесследно…
О том, почему с большим трудом мне пришлось искать свои корни, я писала в предисловиях к первым двум статьям. Для тех, кто эти статьи не читал, коротко повторю нашу историю.
Мои уфимские дед и бабушка погибли в Уфе в 1919-21 годах. Всё, что мы знали о них — это рассказы их старших дочерей, Ангелины и Елены Милициных, которым в это время было 13-15 лет. Дети говорили, что их отца, священника Николая Васильевича Милицина, арестовали вошедшие в Уфу красные, и что его расстреляли, а мать умерла от голода…Восемь детей остались круглыми сиротами, моей маме было 3 года, родителей она не помнила. У старших дочерей сохранилось несколько фотографий, выполненных в уфимском фотоателье О. Ф. Герман. Вот с таким первоначальным объемом информации в 2015 году я начала свои поиски.
По линии деда, Николая Милицина, удалось восстановить род до 7 колена. По результатам я написала статьи о священниках Милициных, опубликованные на сайтах Уфимской и Нефтекамской епархий, Православие.ру, Духовенство русской православной церкви в ХХ веке, Приходы.ру, Soroka1736.
По линии бабушки Юлии все оказалось сложнее, так как дети Милициных не знали девичью фамилию матери. В 2015 году в Уфимском архиве была найдена метрическая запись о венчании 16 января 1900 года моего деда, Николая Васильевича Милицина, и Юлии Данииловны Беккаревич — так удалось узнать девичью фамилию моей бабушки Юлии:
«Градо-уфимская Успенская церковь. Венчание 16 января 1900 года:
Жених — и.д.псаломщика Пантелеимоновской церкви с.Симбугина Николай Васильев Милицин православный, 23 года, первым браком. Невеста — дочь титулярного советника Иулия Даниилова Беккаревич православная, 23 года, первым браком. Поручители: По женихе — села Ляхова Никольской церкви священник Иоанн Александров Левашов и села Александрова Волкова, Уфимского уезда, псаломщик Петр Витальев Феофилактов. По невесте — дворянин Лев Афанасьевич Беккаревич и коллежский секретарь Николай Афанасьевич Беккаревич. Таинство совершил священник Виктор Константиновский с причтом». Метрическая книга Уфимской духовной консистории Успенской церкви г. Уфы на 1900г. // ГКУ Национальный архив РБ. Ф. И-294. Оп. 2. Д. 47. Л. 633об., 634.
Эта запись открыла дорогу для дальнейших поисков. В «Справочной книжке Оренбургской губернии на 1868 год» (стр. 57), я нашла запись о моем прадеде: "Медицинское ведомство: ветеринарный башкирский врач 1 участка, лекарь Даниил Герас. Беккаревич". Впоследствии в Оренбургском архиве нашлись метрические записи о венчании Даниила Герасимовича Беккаревича и Александры Александровны Герасимовой, а также о рождении их детей Николая, Екатерины и Юлии, моей бабушки.
Так я нашла своих родных по линии бабушки, в том числе и её брата, писателя и актера Николая Данииловича Беккаревича. Его произведения, опубликованные в дореволюционных журналах «Русское богатство», «Русская старина», «Русское обозрение», «Исторический вестник», «Артист», «Театрал», помогли мне в поисках сведений о нашей семье. Я перечитала все его произведения, которые смогла найти. Как золотые крупицы, в статьях Николая Данииловича проблескивают воспоминания о семье — отце, матери, младшей сестренке (моей бабушке!), тёте, дяде, жене — это бесценный подарок для нас, потерявших после революции своих родных и свои корни!
Когда накопился большой материал о Беккаревичах, я написала статью «Николай Даниилович Беккаревич. Писатель, актер, журналист». После публикации в редакцию сайта Soroka1736 пришло письмо от Эдуарда Гинса, в котором он писал, что у меня есть родственники в США, которые прочитали мою статью и ищут меня! Я не могла поверить в реальность происходящего!!!
Как выяснилось, в США проживает правнучка писателя Николая Данииловича Беккаревича и моя родственница Сьюзен Моррис. Она также, как и я, занимается историей семьи. Друг Сьюзен, Борис Дралюк, писатель, редактор, переводчик, доктор философии в области славянских языков и литературы, нашёл в интернете мою статью о Николае Данииловиче Беккаревиче и отправил ссылку Сьюзен. Сьюзен же попросила проживающего в России своего родственника Эдуарда Гинса найти меня. Огромное спасибо Борису Дралюку и Эдуарду Гинсу, которые помогли нам со Сьюзен найти друг друга!
Сьюзен прислала мне сохранившиеся в её семье документы нашей общей истории, которые я и не надеялась увидеть, и разрешила использовать их для публикации в России. Она написала, что её дед, Борис Николаевич Беккаревич, и бабушка, Вера Владимировна Гинс, были бы счастливы, если бы в России вспомнили их имена.
Эта статья посвящена деду Сьюзен, Борису Николаевичу Беккаревичу, сыну Николая Данииловича Беккаревича. Основой статьи стал «Послужной список адъютанта командира 2-го дивизиона броневых поездов Д/В армии капитана Бориса Николаевича Беккаревича. Составлен 15 мая 1920 года». Оригинальный документ находится в настоящее время в Институте Гувера (США), на кафедре восточноевропейских исследований.
***
Эта статья — об ужасных событиях истории России 1917 года, разметавших множество семей и отнявших множество жизней, о страшном своим неимоверным трагизмом Великом Сибирском Ледяном походе, участниками которого были Борис Беккаревич и его жена Вера (дев.Гинс). И Борис, и Вера были награждены Знаком отличия Военного ордена «За Великий Сибирский Поход». Вера написала воспоминания о Ледяном походе, которые с разрешения Сьюзен, я привожу в этой статье.Эта статья о том, как преданные и верные своей Родине и присяге люди вдруг оказались врагами и были вынуждены оставить любимую Родину...
Итак, начнем сначала…
Лариса Рудакова
Род Беккаревичей
Напомню читателям о роде Беккаревичей и о том, как носители белорусской фамилии оказались в Уральском регионе.
Род Бекаревичей происходил из западных регионов Российской Империи и был внесен в Дворянские книги Могилевской, Подольской и Варшавской губерний (ранее Царства Польского). Из рода Бекаревичей вышло много православных священников. Наша линия идет от священника Могилевской епархии Герасима Беккаревича. На сегодняшний момент удалось узнать о четырёх его сыновьях — Афанасии, Данииле, Ксенофонте и Митрофане.
Афанасий, Даниил и Ксенофонт вышли из духовного звания и получили образование в Харьковском ветеринарном училище. После окончания учебы они получили назначение на службу по Военному Министерству — Афанасий и Даниил в Оренбургскую губернию, Ксенофонт — в Казанскую. Так братья Беккаревичи оказались в Уральском регионе. Митрофан стал священником.
- Афанасий Герасимович Беккаревич (1836 — 23.10.1879) — коллежский асессор, ветеринарный врач, проживал в Уфе, умер в Челябинске.
- Даниил Герасимович Беккаревич (1839 — 21.11.1888) — коллежский советник, ветеринарный врач, проживал в Оренбурге, умер в Тобольске. Это наш со Сьюзен прадед.
- Ксенофонт Герасимович Беккаревич (26.01.1841 — после 1916) — коллежский советник, военный ветеринарный врач, служил в Казанском Окружном военно-медицинском управлении, проживал в Казани.
- Митрофан Герасимович Беккаревич (1844 — после 1906) — священник в селе Шишево Горецкого уезда Могилевской губернии.
Даниил Герасимович+Александра Александровна
Наш со Сьюзен предок, ветеринарный врач Даниил Герасимович Беккаревич, родился в 1839 году. Так как он был сыном священника, то наверняка окончил духовное училище и семинарию. Достоверных сведений об этом периоде жизни Даниила Герасимовича найти мне не удалось. В дальнейшем Даниил вышел из духовного звания и поступил учиться в Харьковское ветеринарное училище. В 1863 году Даниил Герасимович окончил училище и был определен старшим ветеринарным врачом при Оренбургской палате государственных имуществ.
В 1865 году в Верхнеуральске Даниил Герасимович Беккаревич венчался с 16-летней дочерью умершего штабс-ротмистра Александра Семенова Герасимова — Александрой Александровной Герасимовой. Герасимовы были военным дворянством, их род внесен в Дворянские книги Смоленской, Могилевской, Витебской губерний.
Вот запись о венчании:
«Венчание 20 января 1865 года.
Жених: ветеринарный врач 2-го участка Башкирского народа Даниил Герасимов Бекаревич православного исповедания, холост, 27 лет. Невеста: девица Александра Александрова, дочь Верхоуральского умершего штабс-ротмистра Александра Семенова Герасимова, православная, 16 лет. Поручители: по женихе: врач 2-го участка Башкирского народа коллежский асессор Александр Люткевич и вольнопрактикующий врач Кондрад Александров Хмелевский, уездный стряпчий Хорошкевич. По невесте: дворянин Ростислав Герасимов, следственный пристав Герасимов, подполковник Андрей Феодоров Броест. Таинство совершил протоиерей Василий Соколов с причтом». // Метрическая книга, данная из Оренбургской Духовной Консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 1, 93об., 94.
Дети
Старший ребенок Беккаревичей, Николай Даниилович Беккаревич, родился в городе Верхнеуральске Оренбургской губернии 29 ноября 1865 года:
«Николай родился 29 ноября, крещён 5 декабря 1865 года. Родители: башкирского народа ветеринарный врач Даниил Герасимов Беккаревич и законная жена его Александра Александрова, оба православные. Восприемники: следственный пристав коллежский секретарь Константин Александров Герасимов и вдова коллежского регистратора Анна Александрова Степанова». // Метрическая книга, данная из Оренбургской Духовной Консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 79об.-80.
19 октября 1867 года в Оренбурге у Беккаревичей родилась дочь Екатерина:
«Екатерина родилась 19, крещена 30 октября 1867 года. Родители: ветеринарный врач Башкирии Даниил Герсимов Беккаревич и законная его жена Александра Александрова; оба православные Восприемники: ветеринарный врач Оренбургского казачьего войска Евмений? Михайлов Кадомцев и вдова коллежская регистраторша Анна Александрова Степанова». // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 650. Л. 75 об. Метрическая книга Воскресенской церкви города Оренбурга. 1867 год.
16 марта 1876 года родилась Юлия, моя бабушка:
«Юлия родилась 16, крещена 28 марта. Родители: титулярный советник Даниил Герасимов Беккаревич и законная жена его Александра Александрова, оба православные. Восприемники: надворный советник Василий Семенов Харитонов и жена надворного советника Софья Васильева Горская. Таинство совершил священник Иаков Вицинский и диакон Иоанн Щипков». // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 16. Д. 211. Л. 81об, 82. Метрическая книга Свято-Троицкой церкви города Оренбурга за 1876 год.
Благодаря моей американской родственнице, у меня теперь есть фотографии Даниила Герасимовича, Александры Александровны и их сына Николая. Фотографии эти вынес на груди с отступающей Белой армией сын Николая Данииловича Борис.
Даниил Герасимович Беккаревич, Александра Александровна Беккаревич (Герасимова), Николай Даниилович Беккаревич. Оренбург, 1885 год.
Фото из личного архива Сьюзен Моррис, США
Фото из личного архива Сьюзен Моррис, США
Счастливая жизнь
Семья была счастливой и благополучной, дети получали соответствующее образование и воспитание. Николай учился в Оренбургской мужской гимназии, о чём впоследствии он написал замечательные воспоминания «Оренбургская гимназия старого времени» (журнал «Русская старина», 1903 год, т. 116., с.401-417).
Даниил Герасимович очень любил театр, и его сын Николай с малых лет стал завсегдатаем Оренбургского городского театра. Дома у Беккаревичей ставили спектакли, в которых играли их дети. Эта страсть отца впоследствии повлияла на судьбу его сына Николая. О том, что отец привил сыну любовь к театру, Николай Даниилович написал в рассказе «Без билета» (журнал «Артист», 1894 год, № 44, с.167-178).
Вот отрывок из этого рассказа, где он пишет о своём детстве: «...что же делать, если я полюбил театр! Да в этом и отец мой виноват, он первый развил во мне эту страсть к театру, ещё ребенком постоянно таская меня с собой туда. Впервые я стал различать предметы в театре же, первые мои самые ранние воспоминания связаны с ним же...»
Горе
В 1884 году Николай окончил гимназию и два года проучился в Казанском ветеринарном институте. Но вскоре отец не смог оплачивать учебу сына… В семье случилось большое горе. В 1888 году Даниил Герасимович был сослан в Тобольск, где 21 ноября 1888 года в возрасте 50 лет умер. Похоронен в Тобольске на общегородском кладбище (ГА в г. Тобольске, пленка 2091628, стр. 311).
Его жена пережила мужа на 5 лет. Она умерла 11 апреля 1893 года в возрасте 43 лет от чахотки. Похоронена на Оренбургском городском кладбище 13.04.1893. // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 17. Д. 214. Л. 81.Метрическая запись о смерти вдовы ветеринарного врача Александры Александровны Беккаревич.
Со смертью отца семья лишилась средств к существованию. Николай Даниилович был вынужден искать способы выживания. Единственное, что он умел — играть в домашних театральных постановках, и он решил стать актером.
Женитьба Николая Данииловича
В труппе, в которой он играл в 1886 году, играла и красавица-актриса Сарра Зиновьевна Каменская. Ему было 20 лет, ей — 18. Николай влюбился и решил жениться. Для того, чтобы обвенчаться с Николаем Данииловичем, Софья приняла православие и стала Софией Ивановной.
В 1890 году в Самаре у Беккаревичей родилась дочь Нина:
«Родилась 28 марта, крещена 8 апреля младенец Нина. Родители: сын коллежского советника Николай Данилов Беккаревич и законная жена его София Иванова, оба православные. Восприемники: личный почетный гражданин Василий Васильев Аксаков и самарская мещанка София Николаевна Яхонтова. Таинство крещения совершил священник Евгений Веригин». // ЦГАСО. Ф. 32. Д. 243. Л. 29об-30. Метрическая запись о крещении в Ильинской церкви города Самары.
В 1895 году в семье Николая Данииловича и Софии Ивановны родился сын Борис, крещеный в Троицкой церкви Самары:
«Родился 17, крещён 30 декабря 1895г. младенец Борис. Родители: сын коллежского советника Николай Данилов Беккаревич и законная жена его София Иванова, оба православные. Восприемники: сын статского советника Борис Юрьевич Гейгель и дочь коллежского секретаря Евгения Леонидовна Конева. Таинство крещения совершил заштатный священник Алексий Доброхотов». // ЦГАСО. Ф. 32. Оп. 33. Д. 465. Л. 167об.-168. Метрическая запись о крещении в Троицкой церкви города Самары.
Творчество
Николай Даниилович был талантливым и увлекающемся человеком. Около 10 лет жизни (с 1886 по 1896 год.) он отдал идее народного театра, как он его понимал, — театра-просветителя, который призван был нести в народные слои культуру и нравственность. Театр, как надеялся Николай Даниилович, должен был помочь народу воспрянуть от пьянства и невежества. Но первоначальные идеи быстро испарились, столкнувшись с прозой жизни. Через 10 лет бесплодных усилий силы Николая Данииловича иссякли, а народ так и не воспрянул. Это было для него тяжелое разочарование. В 1896 году Николай Даниилович оставил театр навсегда.
Литература была второй страстью Николая Данииловича. Всю свою жизнь он писал. Любовь к литературе, привитая прекрасными гимназическими преподавателями, оказалась любовью на всю жизнь. Статьи Николая Данииловича «Оренбургская гимназия старого времени», «Оренбургские пожары 1879 года», очерк «Без билета», воспоминания «Затерянные могилы», «Народный театр. Из скитаний по провинции» были опубликованы в лучших дореволюционных журналах «Русское богатство», «Русская старина», «Русское обозрение», «Исторический вестник», «Родина», «Артист», «Театрал». Некоторые произведения были изданы отдельными брошюрами.
В 1899 году (возможно, раньше) семья Беккаревичей проживала в Екатеринбурге, Николай Даниилович работал в газете «Екатеринбургская неделя», впоследствии переименованной в «Урал». Умер Николай Даниилович, предположительно, в 1906 году в Екатеринбурге.
Такова вкратце история семьи Беккаревичей, которую мне удалось узнать. Теперь переходим к рассказу о сыне Николая Данииловича, Борису Николаевичу Беккаревичу, которому и посвящена эта статья.
Бузулукское реальное училище
Борису было примерно 11 лет на момент смерти отца. Образованием и воспитанием сына занималась его мать, София Ивановна. В 1914 году Борис окончил Бузулукское реальное училище в Самарской губернии.
На фотографии из фондов Бузулукского филиала ОГАОО ученик Беккаревич сидит на полу второй справа. Рядом с ним третий справа сидит Николай Ефремов, отец известного актера Олега Ефремова. Это фото нашли и опознали Бориса Беккаревича замечательные подвижники-краеведы Андрей Митин и Надежда Федотова. Спасибо им большое!
Борис Беккаревич с матерью Софией Ивановной.
Самара, фотография И. С. Либермана, прим. 1914 год.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Самара, фотография И. С. Либермана, прим. 1914 год.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Выпускники Бузулукского реального училища.
1914 год
1914 год
Первая Мировая
После окончания училища Борис 4 семестра проучился в Киевском коммерческом институте, а в 1916 году поступил в Павловское военное училище, которое находилось в Петербурге. Павловское военное училище было одним из престижнейших военно-учебных заведений Российской империи. Но, так как в 1916 году уже вовсю шла Первая Мировая война, юнкера Павловского военного училища Дополнением к Высочайшему Приказу, отданному октября 1-го дня 1916 года, были досрочно произведены в прапорщики и вскоре отправлены на фронт.
1916 — 1917
В октябре 1916 года Борис Беккаревич был командирован в 242 пехотный запасной полк и назначен младшим офицером 9 роты. Вскоре он был направлен в действующую армию, сначала в 13-ю пехотную дивизию, а потом в 50-й Белостокский пехотный полк на Румынский фронт.
Участвовал в сражениях под Фошанами в 1916 году, 17 мая 1917 года — за обладание высотой 1001, 23 июля 1917 года — у селения Тифешти, 23-27 июля 1917 года — у селения Марусешти.
В мае 1917 года Борис Беккаревич назначен командиром 9 роты. За проявленную храбрость в сражениях на Румынском фронте он был награжден тремя орденами:
- в мае 1917 года орденом Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом;
- в июле 1917 года орденом Святой Анны 4 степени надписью «За храбрость»;
- 19 августа 1917 года орденом Святой Анны 3-й степени.
28 июля 1917 года прапорщик Борис Беккаревич был тяжело ранен у местечка Тифешти и эвакуирован с фронта; он получил осколочные ранения левой ноги ниже колена. В августе 1917 года был принят на лечение в Московский госпиталь, располагавшийся в доме Готье, где проходил лечение до ноября 1917 года.
Документы о ранении Бориса Николаевича Бекаревича
(РГВИА. Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат). Ящики 7428-Б, 4796-Б)
(РГВИА. Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат). Ящики 7428-Б, 4796-Б)
22 августа 1917 года приказом по армии и флоту произведен в чин подпоручика со старшинством с 1 мая 1916 года.
Как оказалось, Первая мировая война — это не самое страшное, что пришлось пережить попавшим в жестокие жернова людям. Это были последние годы, когда было совершенно понятно, что воевать за Родину и исполнять свой долг и военную присягу — это правильно и необходимо. Вскоре начались события, которые сделали врагами до этого единый народ, разделив его на красных и белых, и искренне любящие Россию люди оказались непримиримыми врагами…
В феврале 1917 года почти всё военное командование предало своего Государя. Борис остался верен данной им Присяге. Он воевал за белых. Я не имею права судить ни белых, ни красных. Пусть рассудит нас Господь…
Выбор
Как оказалось, Первая мировая война — это не самое страшное, что пришлось пережить попавшим в жестокие жернова людям. Это были последние годы, когда было совершенно понятно, что воевать за Родину и исполнять свой долг и военную присягу — это правильно и необходимо. Вскоре начались события, которые сделали врагами до этого единый народ, разделив его на красных и белых, и искренне любящие Россию люди оказались непримиримыми врагами…
В феврале 1917 года почти всё военное командование предало своего Государя. Борис остался верен данной им Присяге. Он воевал за белых. Я не имею права судить ни белых, ни красных. Пусть рассудит нас Господь…
Самара
После лечения Борис Беккаревич вернулся в родную Самару, где была создана подпольная Поволжская антибольшевистская офицерская организация. В ноябре 1917 года, едва успев встать на ноги, Борис добровольно вступил в её ряды и был назначен начальником разведывательного подразделения штаба.
Летом 1918 года Самара стала центром формирования Восточного фронта борьбы с большевизмом. Возглавил 1-ю Самарскую дружину Народной армии недавно прибывший в Самару в составе штаба Поволжского фронта один из самых талантливых, мужественных и благородных вождей Белого движения — полковник Владимир Оскарович Каппель, будущий легендарный герой Белого движения на Востоке России.
1918
В августе 1918 года Борис Беккаревич был произведен в чин поручика и назначен адъютантом общего отделения штаба войск на Дальнем Востоке. В сентябре он был командирован в комиссию по реорганизации Народной армии. Удивительно, что в это тяжелейшее время (с 1918 по 1922 год) Борис учился в Восточном институте, который находился во Владивостоке! Запись об учебе есть в его Послужном списке.
Восточный институт во Владивостоке
Восточный институт — высшее учебное заведение, основанное 21 октября 1899 года во Владивостоке для подготовки кадров для административных и торгово-промышленных учреждений Дальнего Востока. Наряду с подготовкой студентов институт готовил офицеров армии со знанием китайского, монгольского, корейского и японского языков. Осенью 1919 — зимой 1920 года вначале из-за финансовых трудностей, а затем в связи с падением власти адмирала Колчака обучение офицеров так и не началось. Просуществовал институт до 1920 года.
Вскоре он был ранен и лечился в госпитале в Омске.
Как бы ни были ужасны происходящие события, жизнь продолжалась, и никто не отменял любовь. Женой Бориса Беккаревича стала Вера Владимировна Гинс, в 1919 году сестра милосердия в госпитале Омска. Происходила Вера Владимировна из дворян Киевской губернии.
Дед Веры, статский советник Мориц Эмиль Людвиг Гинс, начал свой трудовой путь с простого телеграфиста и дослужился до должности начальника Киевского центрального телеграфа. Отец Веры, инженер-электрик Владимир Мориц-Эмилиев Гинс, родился в 1864 году, окончил Киевское реальное училище и Санкт-Петербургское техническое училище почтово-телеграфного ведомства в (сейчас — государственный электротехнический университет «ЛЭТИ» им. В. И. Ульянова (Ленина). Женился на Варваре Васильевне Мироевской (1864 — ?). 15 сентября 1895 года у них родилась дочь Вера.
Детство Веры прошло в Кишиневе, а потом, в связи с продвижением по службе её отца, семья Гинц переехала сначала в Вильно, а затем в Самару.
Январь-сентябрь 1919 года. Вера Гинс
5 января 1919 года Борис Беккаревич был назначен командиром 12 роты 36 полка 9 сибирской стрелковой дивизии.
Вскоре он был ранен и лечился в госпитале в Омске.
Как бы ни были ужасны происходящие события, жизнь продолжалась, и никто не отменял любовь. Женой Бориса Беккаревича стала Вера Владимировна Гинс, в 1919 году сестра милосердия в госпитале Омска. Происходила Вера Владимировна из дворян Киевской губернии.
Дед Веры, статский советник Мориц Эмиль Людвиг Гинс, начал свой трудовой путь с простого телеграфиста и дослужился до должности начальника Киевского центрального телеграфа. Отец Веры, инженер-электрик Владимир Мориц-Эмилиев Гинс, родился в 1864 году, окончил Киевское реальное училище и Санкт-Петербургское техническое училище почтово-телеграфного ведомства в (сейчас — государственный электротехнический университет «ЛЭТИ» им. В. И. Ульянова (Ленина). Женился на Варваре Васильевне Мироевской (1864 — ?). 15 сентября 1895 года у них родилась дочь Вера.
Детство Веры прошло в Кишиневе, а потом, в связи с продвижением по службе её отца, семья Гинц переехала сначала в Вильно, а затем в Самару.
Владимир Мориц-Эмилиев и Варвара Васильевна Гинс.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
В «Памятной книжке Самарской губернии» за 1916 год имеются сведения о родителях Веры.
Страница 10: Управление Самарского почтово-телеграфного округа. Главный механик статский советник Владимир Морицов Эмильевич Гинс.
Страница 86: Самарское отделение Императорского русского музыкального общества: Музыкальное училище. Учитель арифметики и географии Варвара Васильевна Гинс.
В 1915 году Вера Владимировна Гинс окончила курс классической женской гимназии, а в 1916 году — 8 дополнительный класс Самарской женской гимназии Княгини А. С. Хованской для углубленного изучения истории. Также она прошла обучение по оказанию первой медицинской помощи, что в дальнейшем ей очень пригодилось.
Страница 10: Управление Самарского почтово-телеграфного округа. Главный механик статский советник Владимир Морицов Эмильевич Гинс.
Страница 86: Самарское отделение Императорского русского музыкального общества: Музыкальное училище. Учитель арифметики и географии Варвара Васильевна Гинс.
В 1915 году Вера Владимировна Гинс окончила курс классической женской гимназии, а в 1916 году — 8 дополнительный класс Самарской женской гимназии Княгини А. С. Хованской для углубленного изучения истории. Также она прошла обучение по оказанию первой медицинской помощи, что в дальнейшем ей очень пригодилось.
Гимназистка Вера Гинс.
Самара, 1916 год.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Самара, 1916 год.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Самарская женская гимназия княгини А. С. Хованской
В августе 1916 года Вера подала заявление о приёме на работу в Самарское отделение Российского центрального банка и 1 октября 1917 года была назначена на вакантную должность в гражданское бюро переписки.
Однако, жизнь претерпела кардинальные изменения и весной 1919 года Вера оказалась не учительницей и не сотрудником банка, а сестрой милосердия в Омске, где находился временный штаб Белой армии. В госпитале она познакомилась с Борисом Беккаревичем, который лечился там после ранения.
Вера вспоминала, что когда Борис выздоравливал, то нашел где-то балалайку и развлекал пациентов в палате. В свободное время он также писал стихи. Страсть к стихам сохранилась у него на всю жизнь, ведь он был сыном писателя! Впоследствии, уже в эмиграции, он издал две книги стихов.
Веселый пациент завоевал сердце молоденькой медсестры! Венчались поручик Борис Николаевич Беккаревич и сестра милосердия Вера Владимировна Гинс 29 мая 1919 года в Омске.
После выписки из омского госпиталя, 1 мая 1919 года, поручик Беккаревич был назначен адъютантом начальника отряда генерал-майора Волкова.
Генерал Вячеслав Иванович Волков (1877 — 1920) участник Белого движения на востоке России, родился в семье офицера Сибирского казачьего войска. До конца своих дней он оставался убеждённым монархистом. Погиб В. И. Волков во время Великого Сибирского Ледяного похода.
В августе-сентябре 1919 года Борис Беккаревич был командирован на культурно-просветительские курсы Осведверха. Осведверх — это Осведомительный отдел при штабе Верховного главнокомандующего, созданный в апреле 1919 года на территориях, подконтрольных войскам адмирала Колчака. Осведверх отвечал за общее руководство пропагандой, в том числе за организацию кинопропаганды и съёмку кинохроники важных военно-политических событий на фронте и в тылу. После окончания учебы Беккаревич был назначен заведующим осведомительным пунктом отдельной образцовой Егерской бригады, которую возглавлял генерал-майор Волков.
Положение Белых войск постоянно ухудшалось. После неудачи наступления в междуречье рек Тобола и Ишима, колчаковская армия понесла большие потери, которые уже нельзя было восстановить, и безостановочно отступала к Омску. После взятия Петропавловска и Ишима, 4 ноября 1919 года Красная армия начала Омскую операцию.
В Омске находилась ставка Колчака и его правительство. Отсюда шло управление фронтом. Город был главной опорой Белой армии, снабжавшей войска оружием, боеприпасами и снаряжением. Колчак предпринял последние отчаянные попытки удержать город. «Омск немыслимо сдать. С потерей Омска — все потеряно», — говорил он. Колчаковские газеты и церковь подняли кампанию по поднятию духа армии и населения, однако все эти попытки были бесполезны.
10 ноября 1919 года штаб Белых в спешке эвакуировался из Омска. Вместе с армией уходили семьи военных и мирное население. Поручик Беккаревич участвовал в боях при сдаче Омска. 14 ноября 1919 года город заняли Красные.
15 ноября 1919 года Беккаревич был назначен адъютантом разведывательного отделения Егерской дивизии. В декабре 1919 года был отправлен в распоряжение начальника особого отряда при Главковостоке и назначен комендантом особого отряда.
Главковосток — это название объединённых вооружённых формирований Белого движения на Востоке, образованных в конце 1918 года Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим вооружёнными силами на территории России адмиралом А. В. Колчаком. В состав Главковостока входили Народная и Сибирская армии, формирования казаков Оренбургского, Уральского, Сибирского, Семиреченского, Забайкальского, Амурского, Енисейского, Уссурийского казачьих войск, а также разного рода добровольческие отряды.
Оставление Омска было началом отступления частей Восточного фронта Белой армии. Зимой 1920 года армия отступала с непрерывными боями, в тяжелейших условиях таёжного бездорожья и глубокого снега, нехватки продовольствия и патронов, сильных 30-градусных морозов, голода, эпидемии тифа.
Руководил отступлением Главнокомандующий Восточным фронтом генерал-лейтенант Владимир Оскарович Каппель. Отступающая армия прошла через всю Сибирь около 4000 км, по льду пересекла Байкал и через четыре месяца достигла Читы. Это страшное и в то же время беспрецедентное по стойкости духа и мужеству отступление получило название Великого Сибирского Ледяного похода.
Вместе с войсками Каппеля капитан Борис Беккаревич и его жена Вера участвовали в этом походе.
Однако, жизнь претерпела кардинальные изменения и весной 1919 года Вера оказалась не учительницей и не сотрудником банка, а сестрой милосердия в Омске, где находился временный штаб Белой армии. В госпитале она познакомилась с Борисом Беккаревичем, который лечился там после ранения.
Вера вспоминала, что когда Борис выздоравливал, то нашел где-то балалайку и развлекал пациентов в палате. В свободное время он также писал стихи. Страсть к стихам сохранилась у него на всю жизнь, ведь он был сыном писателя! Впоследствии, уже в эмиграции, он издал две книги стихов.
Веселый пациент завоевал сердце молоденькой медсестры! Венчались поручик Борис Николаевич Беккаревич и сестра милосердия Вера Владимировна Гинс 29 мая 1919 года в Омске.
После выписки из омского госпиталя, 1 мая 1919 года, поручик Беккаревич был назначен адъютантом начальника отряда генерал-майора Волкова.
Генерал Вячеслав Иванович Волков (1877 — 1920) участник Белого движения на востоке России, родился в семье офицера Сибирского казачьего войска. До конца своих дней он оставался убеждённым монархистом. Погиб В. И. Волков во время Великого Сибирского Ледяного похода.
В августе-сентябре 1919 года Борис Беккаревич был командирован на культурно-просветительские курсы Осведверха. Осведверх — это Осведомительный отдел при штабе Верховного главнокомандующего, созданный в апреле 1919 года на территориях, подконтрольных войскам адмирала Колчака. Осведверх отвечал за общее руководство пропагандой, в том числе за организацию кинопропаганды и съёмку кинохроники важных военно-политических событий на фронте и в тылу. После окончания учебы Беккаревич был назначен заведующим осведомительным пунктом отдельной образцовой Егерской бригады, которую возглавлял генерал-майор Волков.
Ноябрь-декабрь 1919 года. Эвакуация из Омска
Положение Белых войск постоянно ухудшалось. После неудачи наступления в междуречье рек Тобола и Ишима, колчаковская армия понесла большие потери, которые уже нельзя было восстановить, и безостановочно отступала к Омску. После взятия Петропавловска и Ишима, 4 ноября 1919 года Красная армия начала Омскую операцию.
В Омске находилась ставка Колчака и его правительство. Отсюда шло управление фронтом. Город был главной опорой Белой армии, снабжавшей войска оружием, боеприпасами и снаряжением. Колчак предпринял последние отчаянные попытки удержать город. «Омск немыслимо сдать. С потерей Омска — все потеряно», — говорил он. Колчаковские газеты и церковь подняли кампанию по поднятию духа армии и населения, однако все эти попытки были бесполезны.
10 ноября 1919 года штаб Белых в спешке эвакуировался из Омска. Вместе с армией уходили семьи военных и мирное население. Поручик Беккаревич участвовал в боях при сдаче Омска. 14 ноября 1919 года город заняли Красные.
15 ноября 1919 года Беккаревич был назначен адъютантом разведывательного отделения Егерской дивизии. В декабре 1919 года был отправлен в распоряжение начальника особого отряда при Главковостоке и назначен комендантом особого отряда.
Главковосток — это название объединённых вооружённых формирований Белого движения на Востоке, образованных в конце 1918 года Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим вооружёнными силами на территории России адмиралом А. В. Колчаком. В состав Главковостока входили Народная и Сибирская армии, формирования казаков Оренбургского, Уральского, Сибирского, Семиреченского, Забайкальского, Амурского, Енисейского, Уссурийского казачьих войск, а также разного рода добровольческие отряды.
1920 год. Великий Сибирский Ледяной поход
Оставление Омска было началом отступления частей Восточного фронта Белой армии. Зимой 1920 года армия отступала с непрерывными боями, в тяжелейших условиях таёжного бездорожья и глубокого снега, нехватки продовольствия и патронов, сильных 30-градусных морозов, голода, эпидемии тифа.
Руководил отступлением Главнокомандующий Восточным фронтом генерал-лейтенант Владимир Оскарович Каппель. Отступающая армия прошла через всю Сибирь около 4000 км, по льду пересекла Байкал и через четыре месяца достигла Читы. Это страшное и в то же время беспрецедентное по стойкости духа и мужеству отступление получило название Великого Сибирского Ледяного похода.
Вместе с войсками Каппеля капитан Борис Беккаревич и его жена Вера участвовали в этом походе.
Боевые действия Гражданской войны в Сибири в августе 1919 — марте 1920 годов.
Рисунок подготовлен каналом «Знание истории России»Воспоминания Веры Владимировны Беккаревич (Гинс)
Вера Владимировна Беккаревич (дев. Гинс) оставила воспоминания о Ледяном походе, которые прислала мне её внучка. Воспоминания эти произвели на меня большое впечатление, я не могла читать их без слез. Это записки не военного, которых много оставили выжившие участники этих трагических событий, а молодой девушки, прошедшей вместе с мужем тяжелейшие испытания, которые не могли выдержать и сильные мужчины. Усугубляло ситуацию то, что в этом походе Вера поняла, что беременна. С разрешения внучки Веры Владимировны, Сьюзен Моррис, я делюсь с вами этими воспоминаниями.
Мы назвали это «Ледяной кампанией»
Вера Беккар, 1968
Я была первой из нашей семьи, кто прибыл в Омск весной 1919 года. Правительство Белой Руси теряло позиции в своих попытках остановить революцию, и в конце 1919 года стало совершенно очевидно, что следующим в опасности окажется Омск. Красные захватывали всё. Наше правительство готовилось переместиться на 2000 миль дальше на восток, в Иркутск.
Весной 1919 года я вышла замуж за молодого капитана Белой Армии, и он организовал для меня выезд из Омска в Иркутск на поезде. Его полк под командованием генерала Каппеля вскоре должен был последовать также в Иркутск.
Наша поездка началась медленно, поскольку поезд медленно продвигался вперёд со множеством остановок на небольших промежуточных станциях. На второй день мы полностью остановились. Где-то впереди сошёл с рельсов поезд. Теперь мы были в конце неподвижной линии поездов, тянущейся до самого горизонта. День шёл за днем, а наш поезд всё ещё не двигался ни на дюйм. Мы ели только тогда, когда местные крестьянки приносили корзины с простой едой по непомерным ценам. Ситуация становилась безнадёжной, и мы начали бояться, что поезда больше никогда не пойдут. Моя спутница, Кэтрин Д., и я чувствовали, что больше ждать нельзя. С каждым днем росла опасность, что нас настигнет наступающая армия большевиков.
Мы решили сойти с поезда, взяв с собой только то, что сможем унести, и пойти пешком в надежде присоединиться к нашей русской армии, которая к тому времени, должно быть, уже двинулась на восток.
К нашему великому удивлению и радости, наши мужья нашли нас, когда мы добрались до главной дороги. Они узнали о ситуации с поездом и пришли, чтобы забрать нас с собой. Я почувствовала огромное облегчение, хотя перспективы долгого путешествия, которое нам ещё предстояло, тяготили меня.
В тот год зима была самой холодной за последние 30 лет. Постоянно дул сильный пронизывающий ветер. Мы столкнулись с необъятной Сибирью, до безопасности были тысячи миль. Мое постоянное чувство отчаяния усугублялось гнетущей мыслью, которая терзала меня вместе с симптомами, которые нельзя было спутать. Я была беременна, и когда я поняла это, я запаниковала! Мир был в ужасающем, жестоком беспорядке. Я не была уверена в завтрашнем дне. Я понятия не имела, что нас ждет впереди, и как мы выживем. Мысль о том, чтобы принести ребенка в этот неопределенный мир, была невыносимой, и в глубине души я молча надеялась, что ошибаюсь. О, как я надеялась!
Мужу удалось купить для меня двух сильных лошадей, чтобы я могла следовать за его полком. Лошадей запрягли в легкие сани, и, сидя там со своим единственным чемоданом, я присоединилась к другим жёнам и родственникам, которые следовали за армией.
Наше продвижение было крайне медленным и трудным. Вся сила суровой сибирской зимы была против нас. Дни были короткими, а отрезок пути между Омском и Иркутском, нашим пунктом назначения, представлял собой долгую дорогу через горы и лес.
Каждый вечер мы с нетерпением ждали, когда найдем деревню, где можно будет поесть и отдохнуть. Сибирское население в основном состояло из крестьян, и, хотя они не были активными участниками революционного движения, они также не симпатизировали нашей группе. Чтобы убедиться, что нам не будет угрожать опасность, наши офицеры отправляли вперед двух человек, чтобы разведать обстановку. Иногда встречались анархические элементы, называемые «зелеными», которые сражались как с красными, так и с белыми, и часто кровопролития было не избежать.
Проблема с едой стала критической. Армия жила на очень скудных пайках, надеясь, что немного еды можно будет найти в деревнях. Крестьяне становились все менее сговорчивыми и прятали от нас еду. Неделя за неделей проходила медленно, и нам повезло, что мы проходили по 20 миль в день. Я была всё голоднее и голоднее, и в моем состоянии вместо того, чтобы набрать вес, как мне следовало бы, я похудела.
Во время одной из остановок на ночь я пришивала пуговицы к своему пальто. Промышленные товары к тому времени были очень редки, и нитки были одним из предметов, которые стали очень важными в повседневной жизни. Я случайно взяла с собой коробку, полную катушек с нитками. Крестьянка, в доме которой мы остановились на ночь, увидела мои нитки, и её глаза загорелись. Я поняла, что она так же жаждет моих ярких цветных катушек, как я жажду еды. Я предложила обменять нитки на молоко, яйца, хлеб и так далее.
После этого, всякий раз, когда у нас с мужем заканчивалась еда, я обменивала катушки ниток на еду. Я была успешным торговцем, и меня подбадривало то, что я могла немного поспособствовать нашему пропитанию.
Истощение и почти голод в армии снижали сопротивляемость наших людей, начали появляться случаи сыпного тифа. Мы густо намазывали на тело керосин как защиту от вшей, которые были переносчиками тифа. Сильный запах керосина в моем состоянии был почти невыносимым, но он был необходим для выживания.
Мы двигались в чрезвычайно сложных условиях: пронизывающий холод, нехватка еды, отсутствие отдыха или медицинской помощи. Мы с нетерпением ждали Иркутска, как будто это был рай, который принесет нам мир и столь необходимый отдых.
К нашему великому потрясению, разочарованию и горю, наши разведчики принесли весть, что Иркутск находится в руках большевиков. Мечты об ожидаемом убежище и отдыхе стали неосуществимы, к тому же дорога к горному перевалу, ведущему на восток к озеру Байкал, проходила прямо через город и охранялась днем и ночью.
Надо было пробиваться на восточное побережье Байкала в Читу, где предполагалось устроить новую штаб-квартиру. После совещания офицеров мы разделились на две группы. Большая часть полка решила направиться к другому перевалу далеко на север. Рота Бориса, которая была кавалерийским подразделением, проголосовала за то, чтобы попытаться обойти город ночью. В случае успеха мы должны были оказаться в Чите на три недели раньше, чем основные части, которые отправились утром на северный перевал. А мы расположились в лесу и ждали наступления ночи.
В ту ночь мать-природа была прекрасна. Лунный свет был ярким и сверкающим на заснеженных полях и сосновых лесах. Свежий сибирский воздух разносил далекие звуки уханья сов на мили. Ожидая назначенного часа, чтобы облегчить лошадям предстоящий бросок, мы освободили сани от всего ненужного. Я оставила лишь одежду и маленькую коробку с иголками, нитками и оставшимися деньгами.
Не одна я молилась той ночью…
Хочу разместить здесь два стихотворения Бориса Беккаревича из его сборника стихов «Былое и думы», которые написаны как раз об этих страшных днях. Теперь, переживая вместе с Верой эти тяжелейшие испытания, я по-другому читаю стихи Бориса и не могу сдержать слез…
Но продолжим рассказ Веры Владимировны Беккаревич.
Наконец, было десять часов, и мы двинулись в путь. Мы старались держать лошадей как можно тише, но это было невозможно. Не успели мы проехать и половину дороги до Иркутска, как деревенские собаки услышали нас и с лаем выбежали на разведку. Через мгновение была объявлена тревога, и большевики пустились в погоню за нами.
Наша группа на полной скорости ехала вверх на гору. Мы подгоняли лошадей, но они не могли сравниться с хорошо отдохнувшими и свежими лошадьми красных. Подъехав ближе, красные открыли по нам огонь из винтовок и пулемета, наугад поражая людей и лошадей. Наши люди развернулись и дали ответный залп, временно прекратив преследование. Мы снова пошли вперед, но красные снова начали наступать и поливать нас пулями. Их пулемет наносил ужасный урон, мы потеряли почти полдюжины человек, ещё столько же были ранены, и им требовалась перевязка.
Я была на своих санях, одетая в свою тяжелую шубу, с одеялами, плотно обмотанными вокруг моих ног, и едва могла двигаться. Пули сыпались вокруг нас, как дождь.
Внезапно одна из двух лошадей, тянувших мои сани, получила удар в ногу и сломала её. Лошадь заржала от боли и встала на дыбы, а другая лошадь запаниковала и бешено понеслась к лесу, сбросив моего возницу и перевернув сани вверх дном. Мои ноги запутались в ремнях саней, и я оказалась в ловушке. Лошади протащили меня на животе не менее 100 метров, прежде чем Борис и ещё один солдат смогли остановить их и снять с меня сани. Я почувствовала внутреннее кровотечение и была уверена, что потеряю своего ребенка.
Меня подняли, положили в сани, и мы начали догонять остальных. Винтовочный огонь всё ещё трещал вокруг. Затем в стрельбе наступило затишье. Мы оглянулись и увидели, что наши преследователи спешились и побежали вниз по склону холма. Оказалось, что войсковой сейф упал и разлетелся на части, рубли и монеты рассыпались по снегу. Это дало нам время, чтобы скрыться. Я видела, как красные солдаты рылись в снегу в поисках монет и гонялись за бумажными рублями, которые ветер уносил вниз по склону.
Мы снова тронулись в путь, и у нас больше не было проблем с красными. Они предприняли нерешительную попытку последовать за нами, но затем вернулись в Иркутск. Это было поистине отчаянное завершение нашего переезда в новую штаб-квартиру через необъятные просторы Сибири. Мы не останавливались до следующего дня, когда достигли берегов озера Байкал, и после короткого отдыха переправились по льду на восточный берег, где нашли убежище в небольшой деревне.
В ту ночь я заснула мгновенно и спала как убитая. Когда я проснулась, то поняла, что чувствую себя хорошо — симптомы выкидыша прекратились, я была ужасно голодна и думала, как мы будем добывать еду. Я достала свою длинную шубу и нашла в глубине кармана две катушки затерявшихся ниток. Они остались с моего последнего торга — теперь мы сможем один или два раза хорошо поесть, пока ждем в этой маленькой деревне.
После небольшого отдыха мы двинулась в сторону Читы, города, где мы должны были встретиться с основной группой.
Наша группа на полной скорости ехала вверх на гору. Мы подгоняли лошадей, но они не могли сравниться с хорошо отдохнувшими и свежими лошадьми красных. Подъехав ближе, красные открыли по нам огонь из винтовок и пулемета, наугад поражая людей и лошадей. Наши люди развернулись и дали ответный залп, временно прекратив преследование. Мы снова пошли вперед, но красные снова начали наступать и поливать нас пулями. Их пулемет наносил ужасный урон, мы потеряли почти полдюжины человек, ещё столько же были ранены, и им требовалась перевязка.
Я была на своих санях, одетая в свою тяжелую шубу, с одеялами, плотно обмотанными вокруг моих ног, и едва могла двигаться. Пули сыпались вокруг нас, как дождь.
Внезапно одна из двух лошадей, тянувших мои сани, получила удар в ногу и сломала её. Лошадь заржала от боли и встала на дыбы, а другая лошадь запаниковала и бешено понеслась к лесу, сбросив моего возницу и перевернув сани вверх дном. Мои ноги запутались в ремнях саней, и я оказалась в ловушке. Лошади протащили меня на животе не менее 100 метров, прежде чем Борис и ещё один солдат смогли остановить их и снять с меня сани. Я почувствовала внутреннее кровотечение и была уверена, что потеряю своего ребенка.
Меня подняли, положили в сани, и мы начали догонять остальных. Винтовочный огонь всё ещё трещал вокруг. Затем в стрельбе наступило затишье. Мы оглянулись и увидели, что наши преследователи спешились и побежали вниз по склону холма. Оказалось, что войсковой сейф упал и разлетелся на части, рубли и монеты рассыпались по снегу. Это дало нам время, чтобы скрыться. Я видела, как красные солдаты рылись в снегу в поисках монет и гонялись за бумажными рублями, которые ветер уносил вниз по склону.
Мы снова тронулись в путь, и у нас больше не было проблем с красными. Они предприняли нерешительную попытку последовать за нами, но затем вернулись в Иркутск. Это было поистине отчаянное завершение нашего переезда в новую штаб-квартиру через необъятные просторы Сибири. Мы не останавливались до следующего дня, когда достигли берегов озера Байкал, и после короткого отдыха переправились по льду на восточный берег, где нашли убежище в небольшой деревне.
В ту ночь я заснула мгновенно и спала как убитая. Когда я проснулась, то поняла, что чувствую себя хорошо — симптомы выкидыша прекратились, я была ужасно голодна и думала, как мы будем добывать еду. Я достала свою длинную шубу и нашла в глубине кармана две катушки затерявшихся ниток. Они остались с моего последнего торга — теперь мы сможем один или два раза хорошо поесть, пока ждем в этой маленькой деревне.
После небольшого отдыха мы двинулась в сторону Читы, города, где мы должны были встретиться с основной группой.
Отступление белой армии.
Фото с сайта https://pastvu.com/28 марта 1920 года мы прибыли в Читу и ничего не делали, кроме как ели, спали и принимали тёплые ванны, чтобы избавиться от запаха керосина, который сопровождал нас в течение нескольких месяцев. События ночи 19 марта, боевые действия и смерти солдат, мой несчастный случай и то, как я чуть не потеряла ребенка, и сейчас, спустя много лет, всё ещё так живы для меня, что похожи на ночной кошмар, который никак не проходит.
7 апреля 1920 года мы ещё в Чите. Вчера восемь человек во главе с Сергеем Семоновичем, лейтенантом из одной из рот, которые шли северным маршрутом, вошли в город с ужасными новостями. Они рассказали, что генерал Каппель умер от гангрены после обморожения ног. Мы об этом не знали… А когда основная группа достигла северного перевала, метель застала их врасплох на два дня и почти треть солдат замерзла насмерть. Остальным бойцам удалось добраться до берега озера Байкал, где им предстояло преодолеть 30 миль по замерзшему озеру до деревни на дороге в Читу. Сергей возглавлял колонну, которая растянулась в длинную линию, чтобы уменьшить нагрузку на лед. Колонна прошла чуть больше половины озера, когда лед начал трескаться. Оглянувшись, он увидел, что трещины во льду расходятся по всей линии солдат.
Колонна из почти 200 человек вместе с лошадьми и санями проваливалась в ледяную воду. Помочь несчастным жертвам было невозможно, и Сергей с несколькими солдатами, находившимися рядом с ним, осторожно продвигались вперед по более толстому льду. Через несколько мгновений борьба людей и лошадей в ледяной воде прекратилась, и озеро снова стало тихим. Сергей и его люди перекрестились и вознесли молитвы за своих погибших друзей и спутниц.
Когда мы с Борисом услышали историю Сергея, у нас было разбито сердце. Мы потеряли своих друзей и знакомых. Мы понимали, что у нас нет возможности остаться и восстановить собственное правительство, и наш единственный путь лежал на восток. Тем же вечером Борис сказал: «Надо уезжать из Читы. На этой неделе отправляется поезд в Маньчжурию, мы поедем на нём. Я не знаю, где мы окажемся в конечном итоге, но мы должны начать новую жизнь для себя и нашего ребёнка».
Я помню, как удивлялась переменам, которые я чувствовала. Я пережила революцию и гражданскую войну, болезни, голод и холод. Я ждала ребёнка: ребенка, которого я не была уверена, что хочу принести в этот мир хаоса и ужаса; но каким-то образом моё сердце успокоилось, и моё отношение к происходящим событиям изменилось. Для меня это был поворотный момент. Я больше не боялась будущего. Неважно, с какой проблемой мне придется столкнуться, я была уверена, что найдется её решение.
Несколько недель спустя я получила сообщение о том, что моя мать и сестры благополучно добрались до восточного побережья Байкала. Мы снова будем вместе к маю, как раз вовремя, сказала я себе, для рождения моего ребёнка.
Это было ещё одно хорошее начало в мире начал, которые могут быть настолько хорошими, насколько вы их такими делаете...
На этом записки Веры Владимировны закончились. Чудом выживший ребёнок, которого ждала Вера Владимировна — отец Сьюзен, Игорь Борисович Беккаревич.
7 апреля 1920 года мы ещё в Чите. Вчера восемь человек во главе с Сергеем Семоновичем, лейтенантом из одной из рот, которые шли северным маршрутом, вошли в город с ужасными новостями. Они рассказали, что генерал Каппель умер от гангрены после обморожения ног. Мы об этом не знали… А когда основная группа достигла северного перевала, метель застала их врасплох на два дня и почти треть солдат замерзла насмерть. Остальным бойцам удалось добраться до берега озера Байкал, где им предстояло преодолеть 30 миль по замерзшему озеру до деревни на дороге в Читу. Сергей возглавлял колонну, которая растянулась в длинную линию, чтобы уменьшить нагрузку на лед. Колонна прошла чуть больше половины озера, когда лед начал трескаться. Оглянувшись, он увидел, что трещины во льду расходятся по всей линии солдат.
Колонна из почти 200 человек вместе с лошадьми и санями проваливалась в ледяную воду. Помочь несчастным жертвам было невозможно, и Сергей с несколькими солдатами, находившимися рядом с ним, осторожно продвигались вперед по более толстому льду. Через несколько мгновений борьба людей и лошадей в ледяной воде прекратилась, и озеро снова стало тихим. Сергей и его люди перекрестились и вознесли молитвы за своих погибших друзей и спутниц.
Когда мы с Борисом услышали историю Сергея, у нас было разбито сердце. Мы потеряли своих друзей и знакомых. Мы понимали, что у нас нет возможности остаться и восстановить собственное правительство, и наш единственный путь лежал на восток. Тем же вечером Борис сказал: «Надо уезжать из Читы. На этой неделе отправляется поезд в Маньчжурию, мы поедем на нём. Я не знаю, где мы окажемся в конечном итоге, но мы должны начать новую жизнь для себя и нашего ребёнка».
Я помню, как удивлялась переменам, которые я чувствовала. Я пережила революцию и гражданскую войну, болезни, голод и холод. Я ждала ребёнка: ребенка, которого я не была уверена, что хочу принести в этот мир хаоса и ужаса; но каким-то образом моё сердце успокоилось, и моё отношение к происходящим событиям изменилось. Для меня это был поворотный момент. Я больше не боялась будущего. Неважно, с какой проблемой мне придется столкнуться, я была уверена, что найдется её решение.
Несколько недель спустя я получила сообщение о том, что моя мать и сестры благополучно добрались до восточного побережья Байкала. Мы снова будем вместе к маю, как раз вовремя, сказала я себе, для рождения моего ребёнка.
Это было ещё одно хорошее начало в мире начал, которые могут быть настолько хорошими, насколько вы их такими делаете...
На этом записки Веры Владимировны закончились. Чудом выживший ребёнок, которого ждала Вера Владимировна — отец Сьюзен, Игорь Борисович Беккаревич.
Орден «За Великий Сибирский поход»
Приказом главнокомандующего войсками Восточного фронта Русской армии генерал-майора С. Н. Войцеховского 11 февраля 1920 года был утверждён Знак отличия Военного ордена «За Великий Сибирский поход».
Орденом награждались только лица, участвовавшие в Великом Сибирском ледяном походе. В приказе говорилось: «В воздаяние исключительных опасностей и трудов, понесённых войсками Восточного фронта в беспримерном походе с берегов Иртыша за Байкал, утверждаю Знак отличия Военного ордена «За Великий Сибирский поход».
Знак отличия Военного ордена «За Великий Сибирский поход» представлял собой изготовленный из серебра терновый венец, пронзённый золотым мечом снизу вверх, справа налево. Знак имел две степени:
- Знак отличия 1 степени вручался всем бывшим в строю и в оперативных штабах войск и носился на Георгиевской ленте.
- Знак отличия 2 степени вручался всем остальным, в том числе гражданским лицам, и носился на Владимирской ленте.
На изготовление меча целиком расходовалась царская 10-рублевая монета. Знак отличия объявлялся старше всех медалей, но младше Георгиевского креста. Знаки нумеровались по каждой степени отдельно. Знаком отличия первой степени под № 1 был награждён сам Сергей Войцеховский.
Капитан Беккаревич включён в список награждённых Знаком отличия 1 степени на Георгиевской ленте приказом № 114 от 27 мая 1920 года, номер награды 90. Его жена Вера Владимировна Беккаревич награждена знаком отличия 2 степени на Владимирской ленте, её имя под № 997.
Приказ Дальневосточной армии № 114 от 27 мая 1920 года о награждении участников похода Знаком отличия Военного ордена«За Великий Сибирский Поход» 1-й и 2-й степени
(порядковый номер соответствует номеру удостоверения)
У Веры Владимировны сохранилось удостоверение под № 997 о награждении её Знаком отличия ордена «За Великий Сибирский поход».
Удостоверение № 997 о награждении Веры Владимировны Беккаревич
Знаком отличия военного ордена «За Великий Сибирский поход» 2 степени.Архив Сьюзен Моррис, США
Борис Николаевич Беккаревич; медсестра Вера Владимировна Гинс, 1919 год.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Сын Игорь
Вера Владимировна Беккаревич. Чита, 1920 год.
Архив Сьюзен Моррис, США
Архив Сьюзен Моррис, США
Несмотря на то, что во время Ледяного похода Вера упала с саней и чуть не потеряла ребенка, она благополучно родила сына Игоря 15 (28) мая 1920 г. в Чите:
«Игорь. Дата рождения: 15 (28) мая 1920 года, дата крещения: 3 (16) июля 1920 года. Родители: капитан штаба Дальневосточной армии Борис Николаев Беккаревич и его законная супруга Вера Владимировна, оба православного вероисповедания. Восприемники: капитан Волжского стрелкового генерала Каппеля полка Геннадий Афанасьев [неразборчиво] и дочь полковника Екатерина Платоновна Панчихина».
Место крещения: Градо-Читинская Андреевская церковь Забайкальской епархии. Священник штаба командующего Дальневосточной армией протоиерей Василий Счастнев, будущий архимандрит Макарий (Счастнев), клирик Российской Духовной миссии в Китае.
Восприемницей при крещении Игоря была дочь полковника Екатерина Платоновна Панчихина. Она принимала участие в Сибирском Ледяном походе и была награждена Знаком отличия Военного ордена «За Великий Сибирский поход» 2 степени № 999.
Фамилию восприемника, капитана Волжского стрелкового генерала Каппеля полка Геннадия Афанасьева, к сожалению, прочитать не удалось.
После выхода «каппелевцев» в Забайкалье, они соединились с войсками бывшего атамана Забайкальского казачьего войска генерал-лейтенанта Г. И. Семенова и образовали Дальневосточную армию.
В феврале 1920 года Борис был произведен в чин капитана, командирован в распоряжение начдива броневой дивизии и назначен адъютантом командира 2-го дивизиона бронепоездов.
Наличие железных дорог способствовало широкому использованию бронепоездов на востоке России. Основной железной дорогой здесь была «Великая Сибирская железная дорога» (Транссибирская магистраль). Кроме того, имелась также Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД), напрямую соединившая Забайкальскую дорогу с Южно-Уссурийской по территории Северной Маньчжурии.
3 мая 1920 года капитан Беккаревич был командирован в распоряжение Дежурного генерала штаба Дальневосточной армии и назначен в шифровальный отдел оперативного отделения штаба.
12 сентября 1920 года командирован в город Владивосток.
К ноябрю 1920 года все части Дальневосточной армии были эвакуированы из Забайкалья через Китай в Приморье. Приморье стало последним оплотом антибольшевистского сопротивления на территории России, где особенно трудно утверждалась советская власть.
Дальневосточная Белая армия была преобразована в Приамурскую Земскую рать. Основу войск составляли части бывшей Дальневосточной армии, ранее входившие в армии генерала В. О. Каппеля и атамана Г. М. Семёнова.
Последним в Послужном списке капитана Б.Беккаревича было назначение старшим адъютантом железнодорожного полка: «Командирован в распоряжение Начальника военных сообщений, назначен старшим адъютантом железнодорожного полка 10 июня 1921 года».
К осени 1922 года Земская рать была полностью разбита войсками Народно-революционной армии Дальневосточной республики.
Поражение Белой армии в Приморье вытолкнули за пределы отечества тысячи людей, не пожелавших подчиниться советской власти. С 1920 по 1922 годы больше всего беженцев перебралось в Китай, на территорию приграничной с Россией Маньчжурии. Конечно, Борис и Вера давно понимали, что война проиграна, и в случае, если они попадут в руки красных, их ждал расстрел. У них на руках был маленький сын, надо было думать о его будущем, и для них дорога была одна — оставить Родину и уехать в Маньчжурию…
24 августа 1921 года капитан Борис Николаевич Беккаревич был уволен с военной службы для окончания образования (так написано в его Послужном списке).
В 1922 году Борис Беккаревич получил заграничный паспорт в Чехословацком консульстве города Владивостока и 6 марта 1922 года выехал с женой и сыном в Харбин. Необходимо было на что-то жить, и Борис основал в Харбине русскоязычную газету. Это давало скудный доход, чтобы оплачивать питание и проживание. В эмигрантской среде говорили, что в Шанхае были лучшие возможности для заработка, чем в Харбине, поэтому к концу 1921 года Борис продал газету за сумму, достаточную для переезда, и в декабре 1922 года Беккаревичи перебрались в Шанхай.
Будущие перспективы жизни русских в Шанхае были также не очень радужными, и в колонии шёл спор о том, ехать в Европу или в Америку за лучшей жизнью. Евгения и Лида, младшие сестры Веры, выбрали Париж и устроились горничными на океанский лайнер, отправлявшийся во Францию. Несколько месяцев спустя пришло письмо, в котором говорилось, что они стали танцовщицами в театре Фоли-Бержер и создают костюмы для участия в шоу.
Борис и Вера решили перебраться в Америку и присоединиться к друзьям, проживающим в Сиэттле. Накопив необходимую для переезда сумму, 16 октября 1923 года они отплыли в США и 1 ноября приплыли в Сиэттл. Для них изменился мир, это была новая жизнь и новая Родина для них, их сына и внуков…
«Игорь. Дата рождения: 15 (28) мая 1920 года, дата крещения: 3 (16) июля 1920 года. Родители: капитан штаба Дальневосточной армии Борис Николаев Беккаревич и его законная супруга Вера Владимировна, оба православного вероисповедания. Восприемники: капитан Волжского стрелкового генерала Каппеля полка Геннадий Афанасьев [неразборчиво] и дочь полковника Екатерина Платоновна Панчихина».
Место крещения: Градо-Читинская Андреевская церковь Забайкальской епархии. Священник штаба командующего Дальневосточной армией протоиерей Василий Счастнев, будущий архимандрит Макарий (Счастнев), клирик Российской Духовной миссии в Китае.
Восприемницей при крещении Игоря была дочь полковника Екатерина Платоновна Панчихина. Она принимала участие в Сибирском Ледяном походе и была награждена Знаком отличия Военного ордена «За Великий Сибирский поход» 2 степени № 999.
Фамилию восприемника, капитана Волжского стрелкового генерала Каппеля полка Геннадия Афанасьева, к сожалению, прочитать не удалось.
Дивизион бронепоездов
После выхода «каппелевцев» в Забайкалье, они соединились с войсками бывшего атамана Забайкальского казачьего войска генерал-лейтенанта Г. И. Семенова и образовали Дальневосточную армию.
В феврале 1920 года Борис был произведен в чин капитана, командирован в распоряжение начдива броневой дивизии и назначен адъютантом командира 2-го дивизиона бронепоездов.
Наличие железных дорог способствовало широкому использованию бронепоездов на востоке России. Основной железной дорогой здесь была «Великая Сибирская железная дорога» (Транссибирская магистраль). Кроме того, имелась также Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД), напрямую соединившая Забайкальскую дорогу с Южно-Уссурийской по территории Северной Маньчжурии.
3 мая 1920 года капитан Беккаревич был командирован в распоряжение Дежурного генерала штаба Дальневосточной армии и назначен в шифровальный отдел оперативного отделения штаба.
12 сентября 1920 года командирован в город Владивосток.
Приморье
К ноябрю 1920 года все части Дальневосточной армии были эвакуированы из Забайкалья через Китай в Приморье. Приморье стало последним оплотом антибольшевистского сопротивления на территории России, где особенно трудно утверждалась советская власть.
Дальневосточная Белая армия была преобразована в Приамурскую Земскую рать. Основу войск составляли части бывшей Дальневосточной армии, ранее входившие в армии генерала В. О. Каппеля и атамана Г. М. Семёнова.
Последним в Послужном списке капитана Б.Беккаревича было назначение старшим адъютантом железнодорожного полка: «Командирован в распоряжение Начальника военных сообщений, назначен старшим адъютантом железнодорожного полка 10 июня 1921 года».
К осени 1922 года Земская рать была полностью разбита войсками Народно-революционной армии Дальневосточной республики.
Увольнение из армии
Поражение Белой армии в Приморье вытолкнули за пределы отечества тысячи людей, не пожелавших подчиниться советской власти. С 1920 по 1922 годы больше всего беженцев перебралось в Китай, на территорию приграничной с Россией Маньчжурии. Конечно, Борис и Вера давно понимали, что война проиграна, и в случае, если они попадут в руки красных, их ждал расстрел. У них на руках был маленький сын, надо было думать о его будущем, и для них дорога была одна — оставить Родину и уехать в Маньчжурию…
24 августа 1921 года капитан Борис Николаевич Беккаревич был уволен с военной службы для окончания образования (так написано в его Послужном списке).
Харбин
В 1922 году Борис Беккаревич получил заграничный паспорт в Чехословацком консульстве города Владивостока и 6 марта 1922 года выехал с женой и сыном в Харбин. Необходимо было на что-то жить, и Борис основал в Харбине русскоязычную газету. Это давало скудный доход, чтобы оплачивать питание и проживание. В эмигрантской среде говорили, что в Шанхае были лучшие возможности для заработка, чем в Харбине, поэтому к концу 1921 года Борис продал газету за сумму, достаточную для переезда, и в декабре 1922 года Беккаревичи перебрались в Шанхай.
Будущие перспективы жизни русских в Шанхае были также не очень радужными, и в колонии шёл спор о том, ехать в Европу или в Америку за лучшей жизнью. Евгения и Лида, младшие сестры Веры, выбрали Париж и устроились горничными на океанский лайнер, отправлявшийся во Францию. Несколько месяцев спустя пришло письмо, в котором говорилось, что они стали танцовщицами в театре Фоли-Бержер и создают костюмы для участия в шоу.
Борис и Вера решили перебраться в Америку и присоединиться к друзьям, проживающим в Сиэттле. Накопив необходимую для переезда сумму, 16 октября 1923 года они отплыли в США и 1 ноября приплыли в Сиэттл. Для них изменился мир, это была новая жизнь и новая Родина для них, их сына и внуков…
Заграничный паспорт Беккаревичей.
Архив Сьюзен Моррис, США
Архив Сьюзен Моррис, США
Список иностранных пассажиров, следующих в Соединенные Штаты.
16 октября 1923 года
16 октября 1923 года
Георгий Константинович Гинс
Прежде чем продолжить рассказ о судьбе Беккаревичей, хочу написать о двоюродном брате Веры Владимировны, Георгии Константиновиче Гинсе, так как он был человеком поистине блестящим и незаурядным.
Георгий Константинович Гинс
Двоюродный брат Веры Владимировны Беккаревич (урожд. Гинс) Георгий Константинович Гинс — юрист, ученый, писатель, педагог, общественный деятель, один из ключевых чиновников в правительстве адмирала А. В. Колчака, был фигурой очень яркой и талантливой. Родился он 15 (28) апреля 1887 года в крепости Новогеоргиевск в семье офицера Константина Гинса и Екатерины Ламзаки. Потомственный дворянин Киевской губернии.
В 1904 году с золотой медалью окончил 2-ю Кишиневскую гимназию, в 1909 году с дипломом I степени окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1911–1913 годах обучался в университетах Берлина, Гейдельберга и Парижа.
После начала Первой мировой войны Г. К. Гинс — сотрудник Управления делами Особого совещания по продовольствию, в этой же должности оставался и в 1917 году при Временном правительстве. Был одним из разработчиков карточной системы распределения продовольствия в России и, одновременно, старшим юрисконсультом Министерства продовольствия. Также с 1916 года Георгий Константинович — приват-доцент по кафедре гражданского права Санкт-Петербургского университета. Примыкал к кадетам, занимался юридической и публицистической работой.
В январе 1918 года в связи с изменениями в министерстве и университете, произошедшими после Октябрьской революции 1917 года, Георгий Константинович уехал из Петрограда в Омск, где занял должность и. д. экстраординарного профессора на кафедре гражданского права Омского политехнического института.
В период с июня 1918 года по ноябрь 1919 года Омск был резиденцией Верховного правителя России, адмирала Колчака, который объявил город столицей белой России. Было образовано Российское правительство, также известное как Правительство Колчака.
С середины 1918 года Георгий Гинс — управляющий делами Западно-Сибирского комиссариата Временного Сибирского правительства, затем управляющий делами Временного Сибирского правительства в Омске. С октября 1918 года вошёл в состав Всероссийского правительства уфимской директории в качестве товарища министра народного просвещения. Сохранил этот пост в правительстве А. В. Колчака. 1 апреля 1919 года был назначен членом Совета министров.
С августа 1919 года Георгий Константинович — главноуправляющий делами Верховного правителя и Совета министров. Был одним из самых влиятельных членов колчаковского правительства.
Накануне падения Омска, 10 ноября 1919 года, Совет Министров выехал в Иркутск по Транссибирской железной дороге. Георгий Константинович Гинс продолжал работать с правительством Колчака до его падения в январе 1920 года. 7 февраля 1920 года Верховный правитель России адмирал Колчак был расстрелян. Вместе с ним был расстрелян премьер-министр В. Н. Пепеляев. После падения правительства Георгий Гинс выехал из Иркутска в Харбин (Маньчжурия) под охраной японских властей.
В 1904 году с золотой медалью окончил 2-ю Кишиневскую гимназию, в 1909 году с дипломом I степени окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1911–1913 годах обучался в университетах Берлина, Гейдельберга и Парижа.
После начала Первой мировой войны Г. К. Гинс — сотрудник Управления делами Особого совещания по продовольствию, в этой же должности оставался и в 1917 году при Временном правительстве. Был одним из разработчиков карточной системы распределения продовольствия в России и, одновременно, старшим юрисконсультом Министерства продовольствия. Также с 1916 года Георгий Константинович — приват-доцент по кафедре гражданского права Санкт-Петербургского университета. Примыкал к кадетам, занимался юридической и публицистической работой.
В январе 1918 года в связи с изменениями в министерстве и университете, произошедшими после Октябрьской революции 1917 года, Георгий Константинович уехал из Петрограда в Омск, где занял должность и. д. экстраординарного профессора на кафедре гражданского права Омского политехнического института.
В период с июня 1918 года по ноябрь 1919 года Омск был резиденцией Верховного правителя России, адмирала Колчака, который объявил город столицей белой России. Было образовано Российское правительство, также известное как Правительство Колчака.
С середины 1918 года Георгий Гинс — управляющий делами Западно-Сибирского комиссариата Временного Сибирского правительства, затем управляющий делами Временного Сибирского правительства в Омске. С октября 1918 года вошёл в состав Всероссийского правительства уфимской директории в качестве товарища министра народного просвещения. Сохранил этот пост в правительстве А. В. Колчака. 1 апреля 1919 года был назначен членом Совета министров.
С августа 1919 года Георгий Константинович — главноуправляющий делами Верховного правителя и Совета министров. Был одним из самых влиятельных членов колчаковского правительства.
Накануне падения Омска, 10 ноября 1919 года, Совет Министров выехал в Иркутск по Транссибирской железной дороге. Георгий Константинович Гинс продолжал работать с правительством Колчака до его падения в январе 1920 года. 7 февраля 1920 года Верховный правитель России адмирал Колчак был расстрелян. Вместе с ним был расстрелян премьер-министр В. Н. Пепеляев. После падения правительства Георгий Гинс выехал из Иркутска в Харбин (Маньчжурия) под охраной японских властей.
Главноуправляющий делами Верховного правителя и Совета министров Георгий Константинович Гинс стоит слева
Правительство Колчака. Георгий Константинович Гинс сидит первый слева
В марте 1920 года Георгий Константинович — профессор Харбинской юридической школы. Инициировал создание в Харбине народного университета как общественного учебного заведения (1923), преподавал в педагогическом институте (1925–1937) и в коммерческом институте (до 1938).
Совмещал педагогическую деятельность с работой в правлении Общества КВЖД. Участвовал в создании предприятия «Русско-маньчжурская книготорговля», магазины которого были открыты в разных городах Китая. С 1932 года член Харбинской академической группы. Опубликовал десятки статей в журналах «Рубеж», «Вестник Маньчжурии», «Русское обозрение» и др.
В сентябре 1928 года Георгий Константинович получил грант от Харбинской школы права для изучения нового законодательства европейских стран и отправился в Париж через Гонконг, Манилу, Сингапур, Коломбо, Каир, Геную; также посетил Италию, Лондон, Берлин и Румынию (Бессарабию).
В апреле 1929 года защитил диссертацию в Париже «Водное право» и был удостоен степени магистра гражданского права; в мае 1929 года вернулся в Харбин.
Георгий Константинович Гинс — автор множества научных работ, основной его труд «Предприниматель» (Харбин, 1941 год). Также Георгий Гинс автор двухтомника воспоминаний «Сибирь, союзники и Колчак», изданного в Пекине в 1921 году — одного из наиболее часто цитируемых источников по истории Гражданской войны в Сибири. Значительная часть исторических сочинений о гражданской войне в Сибири до сих пор ещё опирается в своих научных выкладках на эту давно уже ставшую классической книгу Георгия Гинса. Причем пекинское издание 1921 года долгое время являлось первым и последним из имевшихся у читателей в советской России. Немногочисленные его экземпляры хранились в специальных фондах научных библиотек, да и то не всех, и выдавались лишь по особому разрешению. В последние годы книгу Г. К. Гинса несколько раз переиздавали, и она стала доступна для массового читателя.
Совмещал педагогическую деятельность с работой в правлении Общества КВЖД. Участвовал в создании предприятия «Русско-маньчжурская книготорговля», магазины которого были открыты в разных городах Китая. С 1932 года член Харбинской академической группы. Опубликовал десятки статей в журналах «Рубеж», «Вестник Маньчжурии», «Русское обозрение» и др.
В сентябре 1928 года Георгий Константинович получил грант от Харбинской школы права для изучения нового законодательства европейских стран и отправился в Париж через Гонконг, Манилу, Сингапур, Коломбо, Каир, Геную; также посетил Италию, Лондон, Берлин и Румынию (Бессарабию).
В апреле 1929 года защитил диссертацию в Париже «Водное право» и был удостоен степени магистра гражданского права; в мае 1929 года вернулся в Харбин.
Георгий Константинович Гинс — автор множества научных работ, основной его труд «Предприниматель» (Харбин, 1941 год). Также Георгий Гинс автор двухтомника воспоминаний «Сибирь, союзники и Колчак», изданного в Пекине в 1921 году — одного из наиболее часто цитируемых источников по истории Гражданской войны в Сибири. Значительная часть исторических сочинений о гражданской войне в Сибири до сих пор ещё опирается в своих научных выкладках на эту давно уже ставшую классической книгу Георгия Гинса. Причем пекинское издание 1921 года долгое время являлось первым и последним из имевшихся у читателей в советской России. Немногочисленные его экземпляры хранились в специальных фондах научных библиотек, да и то не всех, и выдавались лишь по особому разрешению. В последние годы книгу Г. К. Гинса несколько раз переиздавали, и она стала доступна для массового читателя.
Книга «Сибирь, союзники и Колчак», изданная в Пекине в 1921 году
В 1941 году Георгий Константинович переехал к сыновьям в США и обосновался в Сан-Франциско, где редактировал газету «Русская жизнь». Г. К. Гинс — профессор Калифорнийского университета в Беркли, преподавал русскую историю и советское право, автор многих книг и член русской православной церкви Святого Иоанна в Беркли.
В 1965 году начал подготовку новой работы «История России как многонациональной империи», поддержанной грантом Славянского центра Калифорнийского университета в Беркли.
Георгий Константинович Гинс умер 23 сентября 1971 года в Редвуд-Сити, Калифорния, в возрасте 84 лет. Похоронен на кладбище Sunset View Cemetery в городе Эль-Серрито, округ Контра-Коста, Калифорния.
Блестящий интеллектуал, Георгий Константинович Гинс мог бы много сделать для своей Родины!
В 1965 году начал подготовку новой работы «История России как многонациональной империи», поддержанной грантом Славянского центра Калифорнийского университета в Беркли.
Георгий Константинович Гинс умер 23 сентября 1971 года в Редвуд-Сити, Калифорния, в возрасте 84 лет. Похоронен на кладбище Sunset View Cemetery в городе Эль-Серрито, округ Контра-Коста, Калифорния.
Блестящий интеллектуал, Георгий Константинович Гинс мог бы много сделать для своей Родины!
Могила семьи Гинс на кладбище Sunset View Cemetery в городе Эль-Серрито, округ Контра-Коста, Калифорния и некролог Г. К. Гинса.
Архив Сьюзен Моррис, США
Архив Сьюзен Моррис, США
Голливуд
Но продолжим рассказ о наших Беккаревичах. Из Сиэттла они перебрались в Сан-Франциско, а с 1926 года в Лос-Анджелес. Борису было трудно найти работу. Доходило до того, что он зарабатывал, играя на балалайке в местных ресторанах.
Вера же быстро поняла, что может зарабатывать, используя свой талант швеи, поэтому она устроилась на работу в отдел гардероба на местную киностудию, а этой киностудией был Голливуд. Удачливая и целеустремленная, Вера в конечном итоге стала работать на студии Дэвида Селзника в Калвер-Сити на съемках эпопеи «Унесенные ветром». Она отлично справилась со своей новой должностью, и ей было поручено поработать над прекрасным платьем для вечеринки в саду, которое носила Скарлетт О’Хара. Лоскутки от этого платья хранит Сьюзен в память о бабушке.
Ирония её новой карьеры заключалась в том, что будучи недавней беженкой от гражданской войны в России, Вера работала над фильмом о гражданской войне в Америке…Унесённые ветром — это было о Борисе и Вере…
«Верино платье»
Распад семьи
Борис нашел работу переводчика в штате на восточном побережье, но Вера не хотела переезжать и терять хорошую стабильную работу, на которой её ценили. Из-за этого Борис уехал один. Сын Игорь писал: «Именно в этот период моя мать решила разойтись с отцом, в первую очередь из-за его непредсказуемого обращения с нашими финансами, но также и потому, что он хотел переехать в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы устроиться на работу переводчиком с русского в Государственный департамент». В результате в 1928 году семья распалась, и внучка Бориса Николаевича Сьюзен почти не виделась со своим дедом. Нет у неё и архива деда.
Удалось узнать, что 1931 году Борис Беккаревич был сотрудником в Американского треста переселения русских беженцев, возглавляемого Федором Северьяновичем Мансветовым. Его имя есть в переписке М. И. Клявера о деятельности Американского треста русских беженцев («Русский мир», 1929-1938 гг. Фонд «Русский мир», 2009 г.).
Всю жизнь он занимался литературным творчеством. Вот отрывок из письма сыну Игорю: «…Я на самом деле пишу популярную книгу о ракетно-космических путешествиях и т. д. Как ни странно, я всегда этим интересовался, и большинство людей думали, что я «чокнутый». Я следил за каждым этапом работы в этом направлении, особенно в России ещё до Революции — и накопил некоторую информацию о работе там, и вот тема. Надеюсь, книга скоро будет закончена. Черновик готов, и я редактирую и привожу его в презентабельный вид».
Со временем Борис Николаевич изменил фамилию на более удобную для англоязычной Америки. В 1942 году Борис Николаевич Беккаревич стал Борисом Николасом Беккаром.
Вера проработала на киностудии Голливуд много лет. Жила в Лос-Анджелесе с 1926 года и до своей кончины в 1985 году. Замуж больше не вышла.
Вера Владимировна Беккаревич (1939 год) и Игорь Борисович Беккаревич (1941 год).
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Две книги стихов
Любовь к литературе, переданная по крови от отца, жила в Борисе и не оставляла даже в самые трудные времена, когда жизнь висела на волоске. Стихи рождались сами и помогали выжить в самых тяжёлых условиях.
В эмиграции Борис Беккаревич издал две книги стихов — «Былое и думы» (Чикаго, 1954 г.) и «Листопад» (Париж, 1962 г.). Стихи Бориса Беккаревича — это рассказ о том, что пришлось пережить тем, кто с белыми войсками навсегда уходил из любимой страны, это бесконечная тоска по навсегда потерянной Родине… Это одна мечта — домой…
«Былое и думы» посвящена второй жене Бориса Николаевича — певице Марии Ивановне Беккаревич, урожденной Рябченко (26.03.1887, Курск — 27.06.1952, Чикаго). Судя по фотографии в книге, она была актрисой, скорее всего певицей (он писал о песнях, которые она пела). Умерла Мария Ивановна в 1952 году после продолжительной и тяжелой болезни.
Борис Беккаревич. «Былое и думы». Чикаго, 1954 год
Один из экземпляров книги «Былое и думы» (фонд Солженицина) подписан: «Дорогим Софье Амвросьевне и Федору Северьяновичу на память о Марусе. Борис». Федор Северьянович Мансветов, которому подписана книга, видный деятель партии социалистов‑революционеров (эсеров), участник революционного и антибольшевистского движения, деятель российской эмиграции. Софья Амвросиевна, его жена, врач.
В 1918 году им, как видным «эсэрам», пришлось покинуть Москву и уехать в Сибирь. В 1920 году Федор Северьянович Мансветов был избран председателем народного собрания Дальневосточной Республики (ДВР). После поражения антибольшевистских сил семья эмигровала и жила в Праге, с 1931 года в США. Ф. С. Мансветов — член правления и коммерческий директор (с 1924 года) издательства «Пламя», член совета Русского заграничного исторического архива. В США возглавил Американский Славянский колонизационный трест (АСКТ) — организацию, занимавшуюся вопросами переселения и обустройства эмигрантов. Сотрудничал с Архивом Гуверовского института войны, мира и революции, помогая собирать и систематизировать документы по истории российского общественного движения. В АСКТ работал и Борис Беккаревич.
Вторая книга стихов «Листопад» издана в Париже в 1962 году.
Стихи пишутся сердцем — и видно, что было в сердце Бориса до самой его кончины. Там была Россия, там была Самара, там были ужасы Ледового похода. Новая жизнь осталась для него чужой. Его сердце было там, на родине, в любимой России…
В 1918 году им, как видным «эсэрам», пришлось покинуть Москву и уехать в Сибирь. В 1920 году Федор Северьянович Мансветов был избран председателем народного собрания Дальневосточной Республики (ДВР). После поражения антибольшевистских сил семья эмигровала и жила в Праге, с 1931 года в США. Ф. С. Мансветов — член правления и коммерческий директор (с 1924 года) издательства «Пламя», член совета Русского заграничного исторического архива. В США возглавил Американский Славянский колонизационный трест (АСКТ) — организацию, занимавшуюся вопросами переселения и обустройства эмигрантов. Сотрудничал с Архивом Гуверовского института войны, мира и революции, помогая собирать и систематизировать документы по истории российского общественного движения. В АСКТ работал и Борис Беккаревич.
Вторая книга стихов «Листопад» издана в Париже в 1962 году.
Стихи пишутся сердцем — и видно, что было в сердце Бориса до самой его кончины. Там была Россия, там была Самара, там были ужасы Ледового похода. Новая жизнь осталась для него чужой. Его сердце было там, на родине, в любимой России…
Борис Беккаревич. «Листопад...» Париж, 1962 год
Имя Бориса Беккаревича имеется в библиографии Эммануила Штейна «Поэзия русского рассеяния. 1920-1977», издательство «Ладья», 1978 год. Ashford. Conn. USA.
Владельцами оригиналов книг Б. Н. Бекаревича являются Мичиганский и Калифорнийский университеты. Экземпляры этих книг хранятся в Библиотеке дома Русского Зарубежья им. Александра Солженицина в Москве, в музее Марины Цветаевой в Москве, в Российской государственной библиотеке.
Владельцами оригиналов книг Б. Н. Бекаревича являются Мичиганский и Калифорнийский университеты. Экземпляры этих книг хранятся в Библиотеке дома Русского Зарубежья им. Александра Солженицина в Москве, в музее Марины Цветаевой в Москве, в Российской государственной библиотеке.
Борис Николаевич Беккаревич.
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Фото из архива Сьюзен Моррис, США
Александра Васильевна Беккаревич (Левандовская)
Через 15 лет после смерти Марии Ивановны, в 1967 году Борис Николаевич женился в третий раз. Его женой стала Александра Васильевна Левандовская (Беккар).
Беккар Александра Васильевна*, р. 3 мая 1898. Сестра милосердия. В эмиграции в Югославии. Служила в Русском Корпусе. После 1945 — в США. Ум. 29 окт.1972 во Флинте (Мичиган). Сын А. М. Левандовский // Волков С. В., Стрелянов (Калабухов) П. Н. Чины Русского Корпуса. Биографический справочник в фотографиях. М., 2009.
Первый муж Александры Васильевны — полковник Михаил Александрович Левандовский. В этом браке в 1922 голу родился сын Александр Михайлович Левандовский, умер 2 октября 1977 года в Понтиаке, США.
В 1953 году главой Российского Императорского Дома Е.И.В.Государя и Великого Князя Владимира Кирилловича капитан Борис Николаевич Беккаревич был награжден Орденом Св. Николая Чудотворца в память Первой мировой войны 1914-1918 годов.
Последние годы Беккаревичи жили в городе Флинт, Мичиган. Борис Николаевич умер 29 ноября 1971 года. Похоронен на кладбище г. Флинт 2 декабря 1971 года после отпевания в Свято-Николаевской церкви. Александра Васильевна, пережила мужа ненадолго, и умерла 29 октября 1972 года, похоронена в г. Флинт.
Некролог из газеты «Новое русское слово» (Нью-Йорк, 1.12.1971)
и могила Бориса Николаевича Беккаревича на кладбище города Флинт, Мичиган
и могила Бориса Николаевича Беккаревича на кладбище города Флинт, Мичиган
Как трогательно, что надпись на могиле Бориса Николаевича сделана на русском языке!
Игорь
В США Игорь Борисович Беккаревич носил имя Гарри Борис Беккар. Гарри вырос в Калифорнии, где получил диплом инженера в Калифорнийском университете в Беркли. Впоследствии он получил дополнительное образование и служил в армии США в составе корпуса связи во время Второй мировой войны, в том числе в Японии. Когда война закончилась, Гарри нашел работу звукорежиссера в телевизионной индустрии, а также писал сценарии для телевизионных эпизодов. Позже он начал работать в аэрокосмической промышленности. Когда работа в аэрокосмической промышленности стала недоступна, Гарри снова нашел работу в сфере звукорежиссуры и индустрии развлечений, в основном в сфере продаж и рекламы. Он был женат один раз и имел двоих детей — сына Брюса и дочь Сьюзен.
Сьюзен
Выросла в Южной Калифорнии. Окончила California State University, Northridge со степенью по журналистике. Работала в сфере СМИ и рекламы в Лос-Анджелесе, а затем в Калифорнийском университете в сфере администрирования программ. Позже работала в UCLA и получила там сертификат по археологии.
Проводила исторические и этноисторические исследования коренных народов Калифорнии и публиковала свои результаты в рецензируемых статьях, на веб-страницах, в отчетах учреждений и в ежеквартальном журнале музея. Участвовала в полевых исследованиях в области археологии, геологии, палеонтологии и биологии, в основном в Калифорнии.
Брюс
Брюс вырос в Калифорнии, окончил School of Medicine, University of Southern California. Практиковал медицину в округах Лос-Анджелес и Сан-Диего.
К сожалению, у Брюса нет детей, а у Сьюзен одна дочь, и фамилия Беккар исчезла у живущих в США потомков Беккаревичей. Но недавно у Сьюзен родился внук, так что веточка Беккаревичей в США продолжается, жаль, что под другой фамилией!
Надеюсь, что такие трагедии, как в 1917 году, не повторятся в нашей истории, и патриотичные честные талантливые люди не станут гражданами и патриотами других стран…
Аминь!
Сын и внуки
Игорь
В США Игорь Борисович Беккаревич носил имя Гарри Борис Беккар. Гарри вырос в Калифорнии, где получил диплом инженера в Калифорнийском университете в Беркли. Впоследствии он получил дополнительное образование и служил в армии США в составе корпуса связи во время Второй мировой войны, в том числе в Японии. Когда война закончилась, Гарри нашел работу звукорежиссера в телевизионной индустрии, а также писал сценарии для телевизионных эпизодов. Позже он начал работать в аэрокосмической промышленности. Когда работа в аэрокосмической промышленности стала недоступна, Гарри снова нашел работу в сфере звукорежиссуры и индустрии развлечений, в основном в сфере продаж и рекламы. Он был женат один раз и имел двоих детей — сына Брюса и дочь Сьюзен.
Сьюзен
Выросла в Южной Калифорнии. Окончила California State University, Northridge со степенью по журналистике. Работала в сфере СМИ и рекламы в Лос-Анджелесе, а затем в Калифорнийском университете в сфере администрирования программ. Позже работала в UCLA и получила там сертификат по археологии.
Проводила исторические и этноисторические исследования коренных народов Калифорнии и публиковала свои результаты в рецензируемых статьях, на веб-страницах, в отчетах учреждений и в ежеквартальном журнале музея. Участвовала в полевых исследованиях в области археологии, геологии, палеонтологии и биологии, в основном в Калифорнии.
Брюс
Брюс вырос в Калифорнии, окончил School of Medicine, University of Southern California. Практиковал медицину в округах Лос-Анджелес и Сан-Диего.
К сожалению, у Брюса нет детей, а у Сьюзен одна дочь, и фамилия Беккар исчезла у живущих в США потомков Беккаревичей. Но недавно у Сьюзен родился внук, так что веточка Беккаревичей в США продолжается, жаль, что под другой фамилией!
Через 100 лет
Более чем через 100 лет мы, потомки одной семьи, смогли найти друг друга… Даже не верится, что такое возможно! Борис Николаевич ушёл с белыми и выжил. Мои дед и бабушка остались в Уфе и погибли. Эта статья написана совместными усилиями моими и Сьюзен для того, чтобы сохранить историю нашей семьи, восстановленную с таким трудом!
Надеюсь, что такие трагедии, как в 1917 году, не повторятся в нашей истории, и патриотичные честные талантливые люди не станут гражданами и патриотами других стран…
Аминь!
Сьюзен Моррис (США) и Лариса Рудакова (Россия)
Список источников
- Венчание Николая Васильевича Милицина и Юлии Данииловны Беккаревич // Метрическая книга Уфимской духовной консистории Успенской церкви г. Уфы на 1900 г. НАРБ. Ф. И-294. Оп. 2. Д. 47. Лл. 633об., 634;
- Справочная книжка Оренбургской губернии на 1868 год (стр. 57);
- Статья Л. А. Рудаковой «Николай Даниилович Беккаревич. Писатель, актер, журналист», Soroka1736.ru;
- Венчание Даниила Герасимовича Беккаревича и Александры Александровны Герасимовой. // Метрическая книга, данная из Оренбургской Духовной Консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 1, 93об., 94;
- Рождение Николая Данииловича Беккаревича // Метрическая книга, данная из Оренбургской духовной консистории священно-церковнослужителям города Верхоуральска для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1865 год. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 81. Л. 79об. 80;
- Рождение Екатерины Данииловны Беккаревич // Метрическая книга Воскресенской церкви г. Оренбурга 1867 г. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 12. Д. 650. Л. 75об.;
- Рождение Юлии Данииловны Беккаревич // Метрическая книга Свято-Троицкой церкви г. Оренбурга за 1876 г. ОГАОО. Ф. 173. Оп. 16. Д. 211. Л. 81об, 82;
- Документы из личного архива Сьюзен Моррис (Беккар), США;
- Н. Д. Беккаревич «Оренбургская гимназия старого времени» (журнал «Русская старина», 1903 год, т. 116, с.401-417);
- Н. Д. Беккаревич «Без билета» (журнал «Артист», 1894 год, № 44, с. 167-178);
- Метрическая запись о кончине ветеринарного врача Даниила Герасимовича Беккаревича // ГА в г. Тобольске, пленка 2091628, стр. 311;
- Метрическая запись о смерти вдовы ветеринарного врача Александры Александровны Беккаревич. // ОГАОО. Ф. 173. Оп. 17. Д. 214. Л. 81;
- Метрическая запись о крещении Нины Николаевна Беккаревич в Ильинской церкви г.Самары // ГБУСО ЦГАСО Ф.32 Д.243 Л.29об-30;
- Метрическая запись о крещении Бориса Николаевича Беккаревича в Троицкой церкви г.Самары // ГБУСО ЦГАСО Ф.32.Оп.33.Д.465.Л.167об.-168;
- Выпускники Бузулукского реального училища, 1914 год // Фото из фондов Бузулукского филиала ОГАОО;
- РГВИА. Ф. 2664. 50-й Белостокский полк (1807-1917);
- РГВИА. Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат). Шкаф без номера. Ящик 7428-Б;
- РГВИА. Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат). Шкаф без номера. Ящик 4796-Б;
- Послужной список адъютанта командира 2-го дивизиона броневых поездов Д/В армии капитана Бориса Николаевича Беккаревича. Составлен 15 мая 1920 года. // Оригинальный документ находится в Институте Гувера на кафедре восточноевропейских исследований;
- Памятная книжка Самарской губернии на 1916 год. Стр. 10: Главный механик ст. сов. Владимир Морицов Эмильевич Гинс. Стр.86: Самарское отделение Императорского русского музыкального общества: Музыкальное училище. Учитель арифметики и географии Варвара Васильевна Гинс;
- Военное обозрение. История. Падение белого Омска. Великий Сибирский Ледяной поход.
- Сергей Волков. Переход каппелевцев по льду через Байкал. Великий Сибирский Ледяной поход.
- Воспоминания Веры Беккар «Мы назвали это Ледяной кампанией». 1968 год;
- Приказ Дальневосточной армии № 114 от 27 мая 1920 года о награждении участников похода Знаком отличия Военного ордена «За Великий Сибирский Поход» 1-й и 2-й степени
- (порядковый номер соответствует номеру удостоверения);
- 50 лет со дня кончины Г. К. Гинса. Дом русского Зарубежья им.А.Солженицына. 23.09.2021
- Википедия. Гинс Георгий Константинович;
- Б. Беккаревич. «Былое и думы». Чикаго, 1954 год;
- Б. Беккаревич. «Листопад». Париж, 1962 год;
- Некролог Марии Ивановны Беккаревич (газета «Новое русское слово», Нью-Йорк, 3 июля 1952 года);
- Воскрешая имена: жизненный путь эсера Федора Северьяновича Мансветова;
- История одного поповича. Материалы к биографии Ф.С.Мансветова;
- Штейн Э. А. Поэзия русского рассеяния. 1920 — 1977. Издательство «Ладья» (США), 1978 год;
- Штейн Э. А. Поэзия русского зарубежья в библиотеке Эммануила Штейна / Под общ. ред. Ольги Штейн. — Orange : Antiquary, 2000;
- Александра Васильевна Беккар (Левандовская) // Волков С. В., Стрелянов (Калабухов) П. Н. Чины Русского Корпуса. Биографический справочник в фотографиях. М., 2009.
- Некролог Бориса Николаевича Беккаревича (газета «Новое русское слово», Нью-Йорк, 1 декабря 1971 года);
- Незабытые могилы. Российские зарубежье: некрологи 1917-1997 в шести томах. Москва, 1999. — Стр.244.
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ